Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 54 – Мария Архангельская

Между тем кривые дорожки привели вниз по склону куда-то на задворки хозяйственных построек. Сначала Линьсюань услышал голоса, а обогнув заросли молодого, ещё довольно чахлого бамбука, увидел их источник. К их приходу драка уже кончилась. На этот раз двухкратного превосходства Бай Цяо показалось мало — против невезучего И Гусуня вышли впятером. Теперь двое прижимали парня в сером к земле, ещё один обшаривал его одежду, а двое стояли рядом. Приближения Линьсюаня и Жунь Ваньи они, целиком захваченные процессом, не заметили.

— Отдай! — Гусунь безуспешно дёрнулся, когда ученик — Линьсюань узнал Пэй Лина — вытащил у него из-за пазухи сложенный лист бумаги.

— Заткнись, — Пэй Лин пнул его в бок и протянул добычу Бай Цяо.

— Уберите грязные лапы! Не отдашь — пожалеешь!

Однако сдавленное шипение побеждённого ни на кого впечатления не произвело. Бай Цяо нарочито неторопливо развернул бумагу, поднёс её к глазам, отодвинул, перевернул вверх ногами. Линьсюань медлил, невольно поддавшись любопытству, пританцовывавшая рядом девушка умоляюще поглядывала на него, но торопить не осмеливалась.

— Это что? — протянул Бай Цяо. — Это иероглифы? Или тут комаров давили?

Остальные понимающе заухмылялись.

— Ничего не понимаю, — старший ученик протянул бумагу Пэй Лину. — Ты можешь это прочесть?

— Не-а. Ничего не разберу.

— Вы внезапно разучились читать? — громко спросил Линьсюань, делая шаг вперёд. Оцепенение спало, и стало противно.

— Учитель… — ученики быстро обернулись и поклонились, пряча растерянность. Для этого им пришлось выпустить Гусуня, который тут же вскочил, красный и встрёпанный. Однако ему хватило самообладания тоже поклониться. Линьсюань шагнул вперёд, требовательно протягивая руку. Пэй Лин моргнул, но после того, как учитель грозно сказал «Ну?», сообразил и отдал бумажку. Линьсюань, не глядя, сунул её Гусуню, и тот забрал с неприличной поспешностью, почти выхватив из рук.

— Учитель… Этот ученик…

— Что? — Линьсюань прищурился на старшего из своих учеников, чувствуя, как его захватывает злость. — Опять что-то не так сказал или сделал? Бай Цяо, я тебя предупреждал, что шутки кончились и за следующее злоупотребление ты будешь наказан?

— Да, учитель…

— Ты забыл или не понял? Придётся, видимо, придать ясности твоим мыслям. Всем по десять, нет, двадцать палок. А тебе, как старшему ученику, тридцать.

Бай Цяо опустил глаза и поклонился. А вот на лицах остальных отразилось что-то, подозрительно похожее на облегчение. Похоже, какие-то жалкие два десятка ударов здесь особо тяжким наказанием не считались.

— И вы на неделю отстранены от занятий, — не меняя тона, добавил Линьсюань. — Вы все. Вместо уроков будете работать вместе с внешними учениками.

— Учитель!..

— Я сказал, а вы услышали. Сегодня же переговорю с наставником Ваном. А сейчас вон отсюда — и чтоб до истечения этой недели я вас не видел.

Учеников сдуло ветром — всех, кроме И Гусуня и Жунь Ваньи. Впрочем, Гусунь, судя по всему, тоже был отнюдь не прочь смыться — но не осмелился. Видимо, полагал, что у мастера Хэна ещё остались к нему вопросы, и не ошибся.

— Что это они к тебе привязались?

Да, бывают аутсайдеры, которые притягивают неприятности одним своим видом, вот только Гусунь на них никак не походил. Ничего виктимного в нём не было, наоборот, лидерские качества уже должны были проявиться, как говорят, во все поля. Собственно, именно это оригинального Хэн Линьсюаня и раздражало: независимость и популярность среди сверстников какого-то жалкого внешнего ученика. Ну а Бай Цяо тянулся за учителем… может, просто по инерции продолжает задирать — трудно сразу уразуметь, что правила игры изменились кардинально.