Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 59 – Мария Архангельская

Что ж, он, как мог, старался соответствовать, разбирая с учениками не только учебные задачи. Правда, иногда его наставления приводили ребят в искреннее недоумение. Как, например, когда он заявил, что не следует слепо верить всему, что написано в древних книгах, даже самых уважаемых трактатах и хрониках. Ошибки переписчиков, записи с чужих слов, правки по идеологическим причинам… Про то, что иные тексты и вовсе могут отказаться откровенными фантазиями, Линьсюань, глядя на ошарашенные лица, сжалился и решил не говорить.

— К тому же, читая наставления древних, надо смотреть, применима ли их мудрость в нашей жизни, — вместо этого добавил он. — Ведь жизнь меняется, и то, что было хорошо для предков, может совершенно не подходить нам, их недостойным потомкам.

— А что меняется? — спросил кто-то из задних рядов.

— Условия жизни. Ну, вот, например… Первое, что пришло в голову. Все помнят историю, как правитель, сидя на пиру, обратил внимание, как мясник ловко разделывает тушу, из чего стало ясно, что и мясник может познать Дао-Путь? Ну а теперь представьте себе… даже не императорский дворец, в этом дворце никто из нас не бывал. Но, хотя бы, наш орден. Может ли его глава, сидя на пиру с гостями, увидеть разделку туши?

Ученики переглянулись и дружно помотали головами.

— Благородный человек держит кухню подальше, — процитировал один из них известную поговорку.

— Именно. Так что представьте себе, насколько мало и не похоже на наши дворцы было жилище того правителя, если мясник работал прямо перед пиршественным залом.

— А может, — вдруг подал голос сидевший за своей последней партой И Гусунь, — этот рассказ — просто метафора. И его не стоит понимать так уж буквально.

Внутренние ученики оглянулись на него, как на заговоривший стол — внешним ученикам на занятиях полагалось помалкивать, пока их не спросят. Но Линьсюань не счёл вмешательство наглостью.

— Хорошее замечание. Вот и ещё одна причина, почему нельзя принимать всё, написанное древними, за чистую монету.

— Мастер Хэн!

Линьсюань обернулся, вынырнув из своих мыслей. К нему приближалась девушка из числа внутренних учениц, но при этом не выглядевшая знакомой. Впрочем, разглядев узор, вышитый на её шэньи, Линьсюань перестал удивляться. Девушка была целительницей, а ученики Шэ Ванъюэ, как и ученики её учеников, обычно держались особняком и редко посещали общие занятия. Даже жили отдельно от всех остальных, дальше по склону.

— Да, дицзы*?

— Эту ученицу прислала наставница Шэ. Она просила передать, что в доме для больных находятся трое из учеников мастера Хэна. Они были избиты, и весьма серьёзно.

Избиты? В голове Линьсюаня тут же зашевелились определённые подозрения, но расспрашивать о подробностях он не стал. Всё равно лучше разобраться на месте.

— Веди.

Девушка поклонилась и пошла первой, указывая дорогу, что было кстати — во владениях Шэ Ванъюэ Линьсюаню до сих пор бывать не доводилось. Дорога, впрочем, не заняла много времени. Дом, игравший роль орденской больницы, ничем не отличался от прочих строений Линшаня, разве что был немного просторней обычного. В самых дверях Линьсюань столкнулся с Доу Сюем.

— Шиди? Твои ученики тоже пострадали?

— К счастью, нет, — хмыкнул Доу Сюй. — Хотя чтобы разнять этих воинов, и правда пришлось кликнуть учеников на помощь. Давненько в нашем ордене не случалось массовых драк.