Книга Прививка от любви, страница 122 – Мария Архангельская

— Куда? — одними губами переспросила я.

— В Башню. Вроде так называется резиденция Стрелков, если я не ошибаюсь?

Я молчала, чувствуя, как сердце тяжело и гулко бьётся в груди. Потом выдавила:

— Зачем?

— Он сказал, что для переговоров.

Во рту пересохло так, что нечем было даже сглотнуть. «Я хочу тебе помочь», — сказал Фред. Его расспросы, исчезновение Хозяина Стрелков, другие происшествия, которые я не отслеживала специально, но отголоски которых всё же долетали до меня — всё вдруг начало складываться в единую картину. «При определённых обстоятельствах возможно всё, что угодно. Трудность лишь в том, чтобы эти обстоятельства создать…»

Вот этот доморощенный Макиавелли и начал создавать обстоятельства. Надеясь выторговать меня у Ордена. Не то чтобы я совсем не догадывалась о его намерениях, но до этого момента надеялась, что здравый смысл всё же восторжествует.

Потому что Орден не торгуется. Всё, что Фред знает, из него вытрясут и так, а кроме информации ему предложить нечего.

— Я воспользуюсь вашей сетью? — я указала на телевизор.

— Зачем?

— Узнаю, когда ближайший рейс на Восточное побережье.

В Башню так просто не попадёшь, это мне известно лучше, чем кому бы то ни было. Охранные системы работают на совесть, Стрелки знают толк в безопасности… Плевать. Я тоже знаю Башню как свои пять пальцев. Неуязвимых нет, нет и неприступных крепостей, вопрос лишь в сложности подготовки.

— Ты никуда не полетишь, Лилиан, — сказала Альма.

— Почему? — я поднялась, и она тоже встала.

— Потому что Фредерик просил тебе передать: «Дождись меня здесь. Помни — ты обещала».

Я молчала. Только пальцы сжались в кулаки — с такой силой, что короткие ногти до боли впились в ладони.

— Он знает, что делает, — мягко произнесла Альма, хотя я видела, что она и сама далеко не так спокойна, как хочет показать. — Он бы ничего не предпринял, предварительно всё не взвесив.

Я отвернулась и выбежала из комнаты. Добежала до своей спальни и снова заперлась — так, словно за мной гналась стая чудовищ.

Ведь я действительно обещала. Хотя какого чёрта! Почему я не могу хотя бы попытаться спасти человека, которому я стольким обязана, который сделал для меня больше, чем кто бы то ни было другой… О Господи! Опять я зачем-то пытаюсь врать самой себе, хотя уже давно разобралась в своих чувствах. Человека, которого я люблю, дороже которого у меня нет никого на свете. Если с ним что-нибудь случится… я себе этого никогда не прощу.

Но я дала слово.

Но как я буду жить, думала я, мечась от стены к стене, как я буду жить, если он не вернётся? Зная, что случилось это — из-за меня? Да лучше бы я сама пошла и сдалась Ордену, чем подвергать его такой опасности. Ну, зачем, зачем ему понадобилось запирать меня здесь? Если бы я сейчас мчалась туда, к нему, мне было бы легче. Да, это огромный риск, но я бы что-то делала, и страх, что сейчас гложет каждую клеточку моего тела, не мог бы за мной угнаться. Я, в конце концов, и создана для риска, меня всю жизнь растили и воспитывали для него. Это я должна рисковать и заслонять собой того, кого люблю, я, а не он!

Но я дала слово. А слово даётся не для того, чтобы его нарушать. Я знала, когда обращалась к Фредерику за помощью, что за неё придётся заплатить. Знала, когда обещала выполнить любую просьбу, что это не будет легко и приятно, иначе он просто сказал бы мне, чего хочет, и всё. Хотя я и представить себе не могла, что это будет ТАК мучительно.