Книга Прививка от любви, страница 72 – Мария Архангельская

Там, в этом каменном проходе, была опасность. Я не могла сказать, какого рода, но она была.

Заросли быстро кончились, приведя нас к миниатюрному водопадику, выдолбившему в теле горы что-то вроде чаши с отбитым краем. Я машинально отметила, что если мы встанем, а ещё лучше присядем на её дне, то снизу, от прохода, нас видно не будет. А если лечь, то и сверху, с не такой уж высокой скалы тоже разглядеть будет затруднительно. Хотя какой смысл прятаться сейчас, если мы совершенно не скрывались по пути, и Альма с Фредериком с радостными возгласами уже сбрасывают рюкзаки, чтобы достать анализаторы.

— Смотрите, здесь и присесть можно! Как насчёт прямо тут перекусить, прежде чем тащиться через всё ущелье до базы?

— Я — за, — Альма наклонилась над прибором. — Смотрите-ка, и правда вода почти чистая. Её действительно можно пить без ущерба для здоровья.

— А вы как думаете, Лилиан?

— А?

— Не хотите здесь передохнуть?

— Да я не против, — я тоже скинула рюкзак.

Опасность… опасность… — пищал неслышимый никому другому маячок в глубине сознания. Когда-то в Ньюпорте, первом из городов, где я обосновалась после бегства из Ордена, то же самое чувство не дало мне войти в дом на тихой окраине, где я снимала комнату. Тогда я возвращалась с очередного дела и уже подходила к двери, когда инстинкт самосохранения прямо-таки взвыл дурным голосом. Я так и не узнала, кто или что ждало меня за той белой дверью. Выследившие меня Стрелки? Полицейская засада? Горящие жаждой мести люди убитого мной авторитета? Кто бы это ни были, они были достаточно серьёзны, потому что, кинувшись сперва на вокзал, а потом в аэропорт, я везде была остановлена всё тем же предчувствием: нельзя. Нельзя появляться у касс, нельзя идти на перрон или в посадочную зону. Пометавшись по городу, я обратилась к своему тогдашнему посреднику и добыла через него снаряжение для наземного перехода, угрохав на это все свои сбережения. Так и случился мой первый опыт похода под открытым небом. Хорошо, что я тогда не решалась держать винтовку в квартире, где жила не одна, и она мирно дождалась меня я ячейке камеры хранения.

Но что может угрожать нам сейчас? Я поднялась к краю чаши, и тревога резко усилилась, словно в меня упёрся чей-то немигающий холодный глаз. Отсюда вполне можно спуститься к проходу напрямую, если продраться сквозь заросли. Они скроют нас от посторонних глаз на какое-то время, а дальше что? Я подняла глаза и окинула взглядом край ближайшей скалы. Через него свешивались плети красноватых вьющихся растений, образовывая густую бахрому, закрывавшую верхнюю кромку.

Если бы я хотела устроить снайперское гнездо, я бы сделала его именно там.

— Что-то случилось? — окликнула меня Альма. Фредерик в это время наполнял водой одну из опустевших бутылок, которую не стал выбрасывать, видимо, как раз для такого случая.

— Пока нет, — я спустилась к ним. Как бы там ни было, нас пока действительно не тронули, а значит, особо и не хотят трогать. Но будь моя воля, я бы прямо сейчас развернулась и пошла обратно, наплевав на попусту потраченный день пути. Лучше уж через два-три дня дозваться вертолёта и улететь в город живыми, чем… что? Этого я точно сказать не могла, но что в ущелье идти нельзя, мне было очевидно.

Однако, как я и думала, у брата и сестры Свеннисен я понимания не встретила.