Книга Прививка от любви, страница 98 – Мария Архангельская

— А ты её помнишь? — восхитилась я.

— Конечно, помню. Я тогда сразу же обратил на тебя внимание. Ты была одета… ну…

— Как шлюха, — подсказала я. — Так и задумывалось.

— Вызывающе, — нейтральным тоном уточнил Фредерик. — Но к нам не подошла. Таинственная одинокая незнакомка с закрытым лицом.

— И с фингалом под глазом.

— Позже, когда я его увидел, я подумал — может, это ты из-за него постеснялась?

— У-у… Сразу видно, что ты не видел окраинных девиц. Их никакие фингалы не смущают.

— Верно. Как-то я обычно по Окраинам не ходок. Но в тот раз меня Илиян вытащил, за что я ему благодарен. Если б не та встреча, я бы не узнал тебя на парковке и не предложил бы помощь.

— Видимо, у тебя хорошая память на лица, — предположила я. — Один раз увидел, две недели спустя узнал.

— Есть такое, — скромно признал Фредерик. — Особенно если человек производит на меня впечатление.

— И чем же я произвела на тебя впечатление?

— Всем, — он улыбнулся. Я хмыкнула. Допила чай и отставила чашку.

— Знаешь, всё то время, пока ты вёз меня с парковки, я раздумывала — а не придушить ли мне тебя подобру-поздорову.

— Зачем?

— Я же не знала, куда ты меня завезёшь, и зачем я вообще тебе понадобилась. Вот с такой особой ты связался.

— Ну, возможно, тебя немного успокоит мысль, что всё то время, пока я тебя вёз, я раздумывал, не вызвать ли нашу охрану. Для этого достаточно было бы нажать всего лишь один сенсор. Ты бы меня тогда придушила?

— Зависит от обстоятельств. Если бы поняла, что сделаю себе же хуже, то нет. А что бы ты стал делать, если бы твоя охрана меня повязала? Сдал бы полиции?

— Может быть. Но для сначала с тобой побеседовал. И отец, возможно, тоже, а после этого бы и решили. Может, и не сдали б. Хорошие исполнители всегда в цене.

— М-м… Буду считать это комплиментом моим профессиональным качествам.

— Считай, — разрешил Фредерик и отправил в рот последний кусок сэндвича.

На следующее утро я проснулась в на удивление радужном настроении. Будущее всё ещё было туманным, но худшее, казалось мне, осталось позади. Даже если придётся уехать — всё равно здесь оставался человек, которому, вроде бы, я всё-таки была не безразлична. Наверняка Фредерик что-нибудь придумает и на тот случай, если остаться в городе у меня не выйдет. Это было странное и уже подзабытое чувство — чувство, что я на кого-то могу положиться.

В этом настроении я и надумала навестить старых знакомых в «Кобылке». Узнать новости, справиться о судьбе оставленных на хранение вещей, да и вообще — негоже забывать знакомства, которые ещё могут пригодиться. Никто и не подумал меня останавливать или спрашивать, куда это я отправилась, так что я смело вызвала такси и вышла из особняка. Сквозь купол светило солнце, казавшееся тусклым в сравнении с тем, каким его свет виден снаружи. Всё-таки, что ни говори, а жители городов многое теряют из-за того, что не решаются выходить наружу. Могли бы хоть иногда, чтобы полюбоваться настоящим горизонтом. А уж какие там закаты! А рассветы! Да и просто взглянуть на небо и облака — красота ведь какая!

Так, стоп, что это меня повело на лирику? Любовь, что ли, так действует? Помнится, в прошлый раз я тоже начала находить неведомые мне раньше красоты и смыслы в самых обыденных вещах. Я передёрнула плечами — вот чего мне меньше всего хотелось сейчас вспоминать, так это предыдущий любовный опыт. Чёрт с тобой, Андор Густавссон, гори и дальше в своём аду, если, конечно, ад существует. И, может быть, я даже капельку, самую чуточку, тебе благодарна. Если бы не ты — смогла бы я тогда оценить по достоинству Фредерика Свеннисена?