Книга Охотница, страница 98 – Мария Архангельская

— А… — сказал Арех, и замолчал. Видимо, не зная, как меня утешить.

— Проклятье, проклятье! — я заметалась по помещению. — Я и так еле уговорила позволить мне принять участие! Если я завтра не смогу выйти в тот мир…

— А, может, оно и к лучшему? — осторожно предположил Арех. — Тебе, я слышал, там досталось. Поживёшь спокойно…

— И подведу моего Наставника?!

Если бы меня спросили, каким образом моё неучастие не по моей вине способно подвести Наставника Рахефа, я бы не смогла ответить. Но ещё в процессе обучения нам объясняли, как добывать информацию и заручаться помощью аборигенов во время выполнения заданий. Люди, и не только люди, способны проглотить практически любую чушь, если впаривать её уверенно и не давать времени обдумать. На занятиях учителя напирали на особенности восприятия материальных существ, но я давно уже убедилась на опыте — мы, энергетические существа, в этом отношении ничуть не умнее.

— А может… — я бросилась к нему, словно эта мысль только что пришла мне в голову, — мы ещё можем успеть? Сколько времени занимает создание Личины — около цикла? Так, может, если поторопиться — как раз к завтрашнему и закончишь?

— Ну…

— Арех, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Буду должна до конца жизни. Хочешь, образчик любой материи на выбор тебе принесу? Заказывай, я добуду!

Арех колебался, но я продолжала напирать, зная за ним слабость — ему было трудно противостоять настойчивым просьбам. И в конце концов Формировщик сдался.

— Ладно. Завтра к этому времени будет готово. Только ты осторожнее, ладно? Поток — не игрушки.

Я уверила его, что у меня нет слов, чтобы выразить свою благодарность, и это действительно было так. Но Арех постарался поскорее меня выставить, и я его понимала — излишняя эмоциональность общения его утомляла. Теперь мне оставалось только ждать, борясь с опасением, что в последний момент что-нибудь сорвётся. Кто-нибудь из Наставников заглянет в Центр и поинтересуется, что это Формировщик делает, или он сам окажется достаточно подозрительным, чтобы обратиться в Совет за подтверждением. Но тут уж я никак повлиять не могла. Мне оставалось только молиться и ждать.

Улицы были пусты — гулять под Потоком желающих действительно находилось немного. Хотя Остров находился достаточно далеко от прогнозируемого русла, опасность, пусть и не очень большая, оставалась всегда. Касание даже краешком, единственным ответвлением, могло стоить жизни или формы незадачливому прохожему, а вот дома всё же давали защиту. Не стопроцентную — но в большинстве случаев всё обходилось.

И всё же Поток даже на почтительном расстоянии представлял собой феерическое зрелище. Даже странно, что мы, при нашей приверженности к красоте и порождённым ею новым чувствам и впечатлениям, не высыпаем на улицы, чтобы полюбоваться, пусть и с риском для себя. Смесь звездопада и северного сияния, если пытаться описать его, пользуясь понятиями материального мира. Колышущийся свет, водопады искр, ежесекундная смена форм, и всё это меняет цвета, сверкает и переливается так, что больно смотреть. Так много энергии излучается на меня сейчас, что я при всём желании не смогла бы её поглотить, и она кажется обжигающей, хотя опасность сгореть мне не грозит… по крайней мере, если Поток пройдёт, как предсказано.