Онлайн книга «Пес войны»
|
Наконец песня кончилась. Музыкантша отложила арфу, и Эджельстана с лучезарной улыбкой приподнялась: — Господин супруг мой, какой приятный сюрприз… Гирхарт тоже поднялся: — Я хотел бы поговорить с Вами наедине. Эджельстана махнула рукой, дамы и служанки с поклонами удалились. Гирхарт посмотрел в глаза своей жене. В них стоял невинный интерес. — Итак, Ваше Величество, — сказал Гирхарт, — Ваши планы потерпели крах. Я остался жив, а голова Вашего любовника красуется на колу. Тёмные глаза широко распахнулись: — Я не понимаю… — Вы всё отлично понимаете, и не трудитесь что-либо отрицать. Государственная измена — серьёзное преступление даже для императрицы. При других обстоятельствах Вы бы уже отправились вслед за господином Орнареном, но Вы мать наследника и носите ещё одного моего ребёнка, и это единственная причина, чтобы сохранить Вам жизнь. Возблагодарите богов за это. Я готов забыть то прискорбное обстоятельство, что Вы принимали участие во всей этой истории, но при условии, что подобное больше никогда не повторится. Отныне Вы будете находиться под наблюдением моих людей, и если они заметят что-то, хотя бы намекающее на то, что Вы опять ввязались в какую-нибудь сомнительную затею, Вас уже ничто не спасёт. Надеюсь, я выразился достаточно ясно, потому что повторять я не буду. Эджельстана гордо вскинула голову: — Мой отец… — … Едва ли надеялся, что в результате Ваших действий сможет завладеть Рамаллой. Скорее, он всего лишь хотел ослабить её и жертвовал Вами в расчёте на смуту, которая неизбежно началась бы после моей смерти. Или Вы всерьёз полагали, что Вас оставят в живых? Напрасно. Кто бы ни победил в итоге, Вы не нужны никому. Даже Вашему отцу. — Это неправда! — Что именно? Что царь Ваан знал о Ваших планах, или что он, скажем так, допускал возможность Вашей смерти? Мне жаль огорчать Вас, но, как дочь царя и супруга императора, Вы должны были знать, что благо государства превыше всего. Что значит по сравнению с ним одна жизнь, тем более жизнь женщины? Я готов поверить, что решение далось ему нелегко. Но не думаю, что он нуждается в моём сочувствии. Гирхарт помолчал. Эджельстана тоже молчала. В углу комнаты в золочёной клетке щебетала пёстрая птица. — Завтра Вы отправитесь в Дай Марон. Это чудесное место на берегу Инни, прекрасный парк, много зелени, свежий воздух… Он будет Вам полезен. Я навещу Вас, как только у меня появится возможность оторваться от государственных дел. Вот, собственно, и всё, что я имел Вам сказать. Желаю приятного путешествия. — Господин мой… — Эджельстана подняла на него взгляд, умело изобразивший мольбу. — А Лериэн?.. — Наследный принц останется здесь. Разумеется, Вас будут регулярно извещать о его здоровье и поведении. — Но… — Это всё. До свидания, Ваше Величество. Гирхарт слегка поклонился, повернулся на каблуках и вышел из комнаты. Императрица благоразумно не стала тянуть со сборами и отбыла уже на следующее утро. Выбранное для неё Гирхартом поместье находилось в двух днях пути от Сегейра, ниже по течению Инни. Сопровождала её изрядно прореженная Шармасом свита, к которой начальник тайной службы щедро добавил своих людей. Гирхарт не стал провожать супругу, занимаясь повседневными делами, и даже не выглянул в окно, хотя окна его кабинета выходили на парадный двор, откуда и тронулся поезд императрицы. Эджельстана в его жизни стала пройденным этапом, и уделять ей много внимания он не собирался. |