Книга Второй шанс на счастье, страница 5 – Вик Лазарева

Девушка закрыла глаза и снова прокрутила в голове па мазурки и котильона. С вальсом у неё никогда проблем не было, это лёгкий танец, хотя, по её мнению, самый прекрасный. Польку она всегда считала смешным и детским танцем, а мазурку особо не любила и всячески её избегала. Она улыбнулась, когда вспомнила, как седовласые кавалеры скачут галопом по паркету с раскрасневшимися лицами, пытаясь удивить молодых красавиц.

В ванную комнату вошла Мэри, её горничная, с большим белоснежным полотенцем в руках.

— Миледи, я подготовила ваше платье.

Девушка протянула руки с полотенцем и помогла Виктории обернуться в него. Взяла другое полотенце и промокнула пряди волос, выбившиеся из причёски, вытерла ступни и помогла надеть ей нижнюю рубашку, кожаные тапочки и халат из мягкого бархата.

— Благодарю, Мэри.

Виктория прошла в спальню и подошла к манекену, на котором было её вечернее бальное платье. Провела рукой по складке, ниспадающей с бедра.

— Мадам Дюмаж не подвела, платье превосходное. Не так ли, Мэри?

— Да, миледи. Оно прекрасно.

Виктория села на мягкий пуф перед туалетным столиком. Мэри вынула шпильки из её волос и тяжёлые локоны рассыпались по плечам на спину. У Виктории были длинные густые каштановые волосы. Она посмотрела на своё отражение в зеркале и провела пальцами по густым тёмным бровям, расправляя упрямые взъерошенные волоски. Цвет волос единственное, что они у них с братом было общее от матушки. У Чарльза были черты лица и карие глаза как у отца, а Виктория же была копией своей матери.

В зеркале отразилось благородное красивое лицо с белоснежной кожей, чувственными, не слишком полными губами, зелёными глазами, обрамлёнными пушистыми, чёрными ресницами и небольшой аккуратный носик. И только предательские маленькие веснушки придавали её аристократическому лицу что-то неуловимо озорное. Веснушки не одобрялись высшим обществом, потому что считались признаком простолюдинов, но Виктория их любила и ни за что не откажет себе в удовольствии, получаемом от конных прогулок тёплыми, солнечными деньками. И вообще, она считала такой глупостью все эти правила и нормы женской красоты, принятые в обществе.

Мэри уложила густые волосы хозяйки на испанский манер, чуть приподняв их вверх большим гребнем, закрепила их шпильками и выпустила пару локонов на висках. Затем Виктория показала, как закрепить красные розы разного размера из шёлковой ткани, так искусно сделанные мастерицей из дома мадам Дюмаж, что они выглядели как настоящие.

— Мэри, ты молодец! Очень красиво получилось, — Виктория довольно посмотрела в зеркало на своё отражение, покрутив головой, и встала, чтобы надеть платье.

Когда она была уже одета, в дверь постучали.

— Войдите.

В комнату вошла Лорейн и, сомкнув ладони в восхищении, смотрела на подругу.

— Какая ты красавица! Восхитительно! Ты будешь самой прекрасной и загадочной маской.

Чёрное платье из тонкого итальянского бархата красиво облегало её стройную фигуру. Турнюр был не очень пышным, но изящно подчёркивал изгиб спины. Мягкими складками с турнюра струился шлейф платья, понизу расшитый бордовым и чёрным стеклярусом. Декольте было украшено стеклярусом, а на плечи он переходил рядами сверкающих нитей. Из-под шлейфа проглядывали гофрированные оборки из красного шёлка так, что при движении, казалось, будто платье пылает язычками пламени. Виктория взяла со столика полумаску из чёрного кружева, на которой также сверкали мелкие искорки стекляруса и, улыбаясь, поднесла к лицу. Мэри помогла завязать ленты маски и закрепила их для надёжности маленькими шпильками к волосам.