Книга Только с тобой, страница 14 – Стефания Романова

Свое нынешнее название город получил в 1930 году.

Владимир приехал в Ногинск на рабочем поезде от Курского вокзала. Его встретила миловидная девушка Надя — инструктор горкома комсомола. Смутилась, покраснела, увидев Владимира, потом немного придя в себя предложила пройтись до горкома пешком.

— Я покажу Вам город, — предложила она, — это первый пункт нашей программы. Владимир осмотрелся. Уездный городок, таким он его себе и представлял. Вдоль центральной улицы деревянные дома из сруба со ставнями, украшенными милой резьбой, резными воротами и заборами. По городу шел трамвай по однопутной разветвленной линии медленно, тяжело и шумно.

Пошли вперед. За рекой возвышался величественный православный собор, окрашенный в синий цвет, но без крестов. Вдоль улиц двухэтажные особняки с деревянными резными наличниками и резьбой на коньках, каменные добротные дома.

— Церковь работает? — спросил Владимир.

— Нет, в тридцать восьмом прекратились божественные службы, там сейчас красильное производство, но в городе есть место, где по выходным секретно проходят службы, ходят бабушки, — рассказывала Надя. Владимир знал, что Богородск издревле один из центров старообрядчества.

Посмотрев достопримечательности пошли в горком комсомола.

Работы было много, у ногинских комсомольцев было тысячи вопросов, просьб, закончили первое знакомство глубоко за полночь. Владимир отправился в гостиницу неподалеку, перекусив, в очень уютном в старинном стиле трактире щами, жаренным мясом, холодцом, ароматным чаем из трав с баранками.

На следующий день с утра второй секретарь горкома Женя Андреев, забрав Владимира из гостиницы, повез его в Глухово — пригород Ногинска. По дороге рассказывал о городе, о комсомольской работе на местах. Вышли у отбельно-красильной фабрики, она возвышалась своими корпусами на склоне реки Клязьмы. Владимир осмотрелся вокруг и восхитился. Это настоящий фабричный город. Пошли вперед по улице. Рядом с производственными корпусами дома для служащих красивые деревянные с резными ставнями и чердаками, были и каменные, подошли к общежитию для рабочих, их называют «Морозовские казармы». На окраине города стоят три потрясающих четырехэтажных дома в стиле «модерн» из красного кирпича, фасады зданий украшает керамика. Зашли в первый дом, тепло, много места и света.

— Эти корпуса оборудованы канализаций, — стал рассказывать Женя, внизу, в подвале, есть прачечная, рабочие стирают сами, отопление в казармах центральное паровое. И еще есть помещение с холодным шкафом для хранения продуктов.

Вдоль улиц размещались магазины, булочная, аптека, родильный дом, библиотека — и все из красного кирпича, очень красиво. Подъехали к досуговому клубу — здесь намечалось проведение собраний. Из клуба выбежала девушка в пестром платье, улыбчивая, сообщила, что их все ждут.

Актовый зал клуба был битком набит, здесь были и комсомольцы и просто молодежь города, которым никогда не запрещали посещать комсомольские мероприятия. В фойе играл баянист веселые плясовые, девушки пели и подтанцовывали несмело, продавались булочки, баранки и чай.

Первый секретарь горкома комсомола рассказал о работе комитета и о планах на будущее. А будущее, как заявил он: «Это улучшение всей деятельности комсомола. Раньше в работе было много показного, формального. Мы даем решительный бой формализму и объявляем соревнование за коммунистический труд. Мы ведь интересовались только производственными показателями и не вникали глубоко в общественную жизнь, учебу, поведение. Комсомольская организация должна более детально, более обстоятельно подходить к оценке того или иного товарища».