Книга Пленница Риверсайса, страница 21 – Алиса Болдырева

— Если вы, конечно, соизволите разделить с нами эту скромную пищу, — буркнул он.

Тами продолжала смотреть на него. Видимо, он всё же заметил, что в день их приезда в Тилмрэд её не было за общим столом. И что? Его это не касается! Тот день был её, она ещё не стала его пленницей!

Ей со страшной силой захотелось выплеснуть эту похлёбку в невозмутимое лицо лорда Вэлдона, но тогда она останется голодной, а когда будет следующий привал, Тами не знала, её не посвящали в такие вопросы. Она протянула руку, принимая миску из его рук; горячий металл обжёг пальцы.

— Осторожней, миледи, — предупредил её лорд Вэлдон, усаживаясь на бревно напротив.

Тами промолчала, и принялась медленно жевать кусочек мяса из миски под пристальным взглядом лорда Вэлдона. На вкус оно оказалось нежным и хорошо сдобренным специями, и Тами едва не застонала от удовольствия.

В лагере объявился Рован. Он шёл, насвистывая мотив одной старинной баллады о любви шута и королевы, которую знал каждый в Этелхорде. Опускаясь на бревно рядом с братом, он пропел последнюю строчку, о том, как разгневанный король, узнав о коварной измене, велел снести им головы; при этом Рован смотрел на Тами.

Мариус Вэлдон окинул брата удивлённым взглядом.

— Где тебя носит, Рован?

— Смотрел, есть ли в здешних водах рыба, — отозвался он, с аппетитом уплетая мясо из своей миски.

— И как? — поинтересовался Мариус.

— Увы, нет! — Он закинул в рот кусок хлеба. — Знаешь, мне начинает казаться, что в здешних краях нет ничего стоящего, лорд Вэлдон. — В его словах Тами снова услышала этот насмешливый тон.

Лорд Вэлдон, будто о чём-то размышляя, посмотрел сначала на Рована, а затем на Тами, отчего ей захотелось раствориться, как дым, что тянулся от костра серой полосой.

Веда Арлин поглядела на Рована с немым укором в своих почти бесцветных глазах, а затем принялась о чём-то расспрашивать лорда Вэлдона. Он отвечал ей односложно, изредка бросая на Тами хмурый взгляд, а ей хотелось поскорее укрыться за деревянными стенами многострадальной повозки.

— Ты уверена, что весть достойна внимания, мама? — спросила Солана, поправляя капюшон подбитого мехом плаща, из-под которого выглядывали её длинные светлые волосы. Она ненавидела снег, а он щедрой порцией сейчас сыпал с неба.

Они брели вдоль широкой тропинки, по обе стороны которой росли пушистые ели; позади возвышались величественные стены Коулдрэджа, серые и прочные, и присыпанные колючим снегом. Под утренними лучами солнца, что упрямо проглядывали сквозь хмурые облака, он блестел и переливался, словно россыпь драгоценных камней.

— Да, — ответила Лисия Танистри, сверкнув большими серыми глазами, обрамленными пушистыми ресницами. — Вчера из Риверсайса прилетел ворон, на письме печать Вэлдонов, я сама её видела. Отец позволил мне прочесть его.

Солана довольно улыбнулась, на время позабыв о холоде, что окружал её. Она ненавидела эти ежедневные прогулки во дворе замка: стоило только выйти из замка, как ноги и руки коченели, снег забивался под одежду, зубы от холода клацали, но мать настаивала, неся какую-то чушь про здоровый цвет лица.

— Стало быть, сразу после свадьбы я сделаюсь хозяйкой в Риверсайсе, — произнесла она. Её мать кивнула.

— Да, тебе стоит поблагодарить за это лорда Болларда, — сказала Лисия. — Говорят, это его меч оборвал жизнь Грая Вэлдона.