Книга Во власти ледяной стужи, страница 3 – Алиса Болдырева

Добравшись, наконец, до нужной двери, Амира на минуту остановилась, чтобы перевести дыхание. Не следовало врываться в кабинет правителя в таком виде, даже если это твой отец! Глубоко вдохнув, чтобы хоть немного успокоиться, она осторожно постучала по шероховатой поверхности деревянной двери и, не дожидаясь приглашения войти, отворила ее.

Ее встревоженный взгляд моментально сфокусировался на столе из массива дуба, который темным пятном выделялся на фоне светлых стен кабинета. Большое кожаное кресло насыщенного вишневого цвета, почти вплотную придвинутое к столу, сейчас оказалось занято. На нем, ссутулившись, сидел ее отец. Его широкие плечи, словно придавленные неподъемной тяжестью, были опущены вниз. Судя по его походной одежде, он только что спешился с лошади.

— Отец… — тихо выдохнула Амира, готовая броситься к нему через всю комнату. Но вместо этого она почтительно склонила голову в знак приветствия и присела в реверансе. Он получился не особо изысканным, но ей сейчас было не до формальностей.

Амира не видела его всего два месяца, но, ей показалось с того времени он сильно постарел. Голубые глаза, ранее полные жизни, сейчас устало взирали на нее из-под кустистых бровей. Волосы, некогда имевшие такой же золотистый оттенок, что и у самой Амиры, словно потускнели от времени и больше не блестели, хотя кабинет был полностью залит солнечным светом, проникавшим через большое окно. Глубокие складки залегли в уголках его мужественного рта, делая весь его вид мрачным и угрюмым. Амира едва не застонала в голос от изменений, произошедших с отцом. О, она бы отдала все на свете, только чтобы стереть это потерянное выражение с его лица!

Осмотревшись, Амира, наконец, поняла, почему отец назначил встречу в кабинете, а не тронном зале. Здесь, помимо нее с отцом, было всего два человека: ее мать и сестра.

Ее мать, Латоя, стояла по правую руку от отца. Как всегда уравновешенная и слишком спокойная. Ни один мускул на ее лице не дернулся, выдавая волнение за своего монаршего супруга. Амире иногда казалось, что мать совсем не любит отца. Хотя, возможно, так и следовало вести себя супруге правителя, Амира точно не знала. Ей было всего восемнадцать лет, и в вопросах брака она мало что смыслила.

Темно-каштановые волосы Латои были уложены вокруг головы в замысловатую прическу, закрепленную на затылке изысканным серебряным гребнем с россыпью маленьких драгоценных камней. Платье цвета морской волны, изящно ниспадало до самого пола мягкими складками. Ее серые, как темное грозовое небо глаза, осуждающе смотрели на Амиру. В них словно читалось: «Мы тебя одну ждем! Можно было и поторопиться!»

Напротив них, по другую сторону стола, стояла ее старшая сестра Миа. В этом году она отпраздновала свой двадцать второй день рождения. У нее был тот же темно-каштановый цвет волос, что и у матери, а глаза отливали небесной синевой, как у отца. Она унаследовало самое лучшее от обоих родителей.

Сейчас в этой синеве застыло ожидание. Амира переводила взгляд с отца на сестру, потом на мать, а затем обратно. Почему отец ничего не говорит? Что здесь происходит? Они ждут кого-то еще? Тягостное молчание, царившее в кабинете, начинало бить по оголенным нервам Амиры, заставляя ее желудок скрутиться от страха.