Книга Вирджиния, страница 10 – Инна Мэй

Но она знала одно, что сквозь века их былая слава и честь рассесться, оставив после себя только книги в которых упоминалось о них. Всё претерпевает изменений, всё искажается и всё теряет свою первоначальную суть. Наши суждения строятся в основном из одиночных примеров, которые после служат убеждениями со своей утвердительной формой.

Те, кто увидел тех самых рыцарей с хорошей стороны, будут называть их доблестными воинами, тех кто из плохой — неотесанными и глупыми, повернутыми на вседозволенности, моральными уродами.

Есть плохое и хорошее во всём. В каждом и во всех. Именно из-за этого общество из самого древнего средневековья так разниться во мнениях и имеет свою специфическую войну в своих убеждениях. Уверена, что так будет до конца жизни этой планеты. Ведь никто не соединит эти две противоположности между собой, чтобы увидеть тот самый консенсус за которым скрыты те самые ответы. Ту самую центральную точку из которой выросли километровые корневища, которые разбросали правду и людей по разных сторонах. Извечная война разума и прав.

Феминизм против сексизма, вера против атеизма, добро против зла.

Миссис Вирджиния отвернулась от окна, находясь в подавленном состоянии духа.

"Лучший способ обойти моральный "недуг" — прекратить думать", — повторила она про себя эту строчку и выбросила из головы все мысли.

Через час пришла горничная и помогла ей одеться. Сегодня у неё была встреча с мистером Беркли, у которого она хотела приобрести лошадь. Поэтому позавтракав она сразу же отправилась к нему.

Мужчина был неприятным ей, так как самое подходящее для него слово — высокомерный щеголь. Именно их Вирджиния и "обожала" больше всего. Но жизнь ещё тот цирк, нет нет, да явит тебе перед собой клоуна.

Женщина мысленно посчитала причины, чтобы насильно не заставлять себя посетить нежелательное место, и разочарованно выдохнула, когда они оказались не на её стороне.

Всё-таки эта лошадь была её мечтой, так что она потерпит общество этого болвана.

Через час

— А Вы как всегда пунктуальны, миссис Вирджиния, — проговорил встретивший её в гостиной своего дома мистер Беркли, как всегда начищенный и с иголочки.

— Думаю стоит этому обрадоваться, что Вас не заставили ждать, не так ли?

— О, поверьте, лишние десять-пятнадцать минут не повергли бы меня в уныние. Я довольно сдержанный человек, чтобы пускаться в него.

— Ну да, с Вашим-то образом жизни.

— Вы находите развлечения грехом?

— Скорее пустотратством.

— Вы видимо встали не с той ноги, миссис Вирджиния, раз сейчас выступаете противником того, что развлечения наполняют каждого человека своими эмоциями.

— Я не могла встать не с той ноги, мистер Беркли, так как встаю обеими сразу. А развлечения — это действие, которое либо наполняет, либо опустошает тебя. Хотя мне кажется оно опустошит даже после наполненности. Уж карманы так точно.

— Да, я наслышан о том, что Вы не любитель светских развлечений и приёмов. От того Вы и слишком ограничены, миледи. Как, где не среди общества можно найти отвлечение от насущных проблем.

Ей хотелось добавить "От проблем, какие панталоны сегодня нацепить", ведь это и было единственной проблемой мужчины, который слишком озабочен своею внешностью.

Неприязнь Вирджинии к данному мужчине можно было объяснить тем, что эта особа чуть ли не первая сплетница на весь город, и встретившись с ним любая особа была полита толстым слоем грязи.