Книга Вирджиния, страница 85 – Инна Мэй

— Благодарю, но я сама.

— Как хотите. В любом случае Вы можете обратиться ко мне в любой момент.

— А почему Вы мне помогаете? — спросила Вирджиния, заинтересованная тем, почему лорд действительно пытается ей в этом помочь.

— Я человек такой. Особенно с женщинами, которым не всегда удается то, в чём в силах мужчины.

— То есть по-вашему женщины слабые?

— В некотором роде да.

— Благодарю за похвальный комплимент, лорд Вестлей. Сказали бы Вы это при толпе женщин, Вас бы отправили на костер.

Мужчина рассмеялся, а потом проговорил:

— Это не оскорбление. Просто всё делится на женскую и мужскую силу. Где-то эффективна одна, где-то вторая. Поэтому мужчина и женщина это как чёрное и белое, которое создаёт одно целое. Вряд ли бы Вы смогли справиться с мужчиной, который в два раза больше за Вас. Вот там и нужна помощь другого мужчины.

— Да Вы альтруист.

— Я просто пытаюсь быть человеком.

— Тогда для меня будет невозможно понять Вас.

Подошла подавальщица и принесла им кофе. На этом их разговор оборвался.

Через два часа Вирджиния вернулась домой и сразу же направилась к себе, чтобы лечь спать. Проспала она к самому вечеру, а потом направилась в библиотеку в которой просидела к ночи.

Утро этого дня предвещало королевский бал. Увы, настроение было не столь королевским, как это торжество, а скорее отвратным. В обед мистер Вилберн прислал ей второе пригласительное письмо, зная, что она может "забыть".

"А я то понадеялась сказать, что потеряла первое пригласительное и забыла время начала торжества", — с тоской мысленно проговорила она, и прочтя его, положила его на стол.

Ближе к вечеру она начала собираться. Водные процедуры, натирки, причёска: всё это истязало Вирджинию на протяжении трёх часов. Когда она была начищена, напудрена и напомажена, она подошла к зеркалу и поморщилась.

"Как будто лицо пересадили. И где я!? Меня хоть узнают!?", — мысленно бросила она и направилась к карете.

Королевский дворец просто пестрел роскошью и украшениями. От его золотого сияния, которое было почти везде и на всём, можно было ослепнуть. Вирджиния второй раз поморщилась. Слишком много роскоши и золота. Проходя к главному залу, её приветствовал почти каждый второй, и до того момента, как она добралась, её лицо источало раздражение и желание всех здесь поубивать. Уж слишком она не любила внимания к себе. А ещё больше, когда к ней подходили и начинали вгонять в скуку темами о погоде и её самочувствие.

"Раз здесь, то значит жива и здорова. Или они думают, будь человек при смерти он попрется на это торжество, чтобы плясать и веселиться!?", — бросила она про себя, уже устав от этого торжества. "Господи, а ведь оно ещё и не началось".

Подойдя к столикам и взяв бокал шампанского, она направилась к скрытым диванам за колонами, в надежде спрятаться и отсидеться там до конца вечера.

"Если что, скажу искала всех и никого не нашла".

Через минуту она выдворила с понравившегося ей дивана какого-то аристократа и расслабленно села на диван, понадеявшись, что проведёт здесь все последующие несколько часов.

Но этим надеждам не суждено было сбыться, так как через пять минут она увидела перед собой мистера Вилберна.

— Вот Вы где!? А я уже решил, что Вы снова что-то придумаете и пропустите это торжество. Тогда пойдёмте я представлю Вас нашим иностранным гостям. Они уже здесь.