Книга Жизнь запахом тебя, страница 39 – Инна Мэй

— Мне даже не нужно разворачиваться, чтобы знать кто это. Вы меня преследуете или просто не закончили вчерашний цирк?

— Не спорю, я вчера грубо повёл себя с Вами. Но это из-за того, что я был зол, когда увидел Вас с другим мужчиной.

— А где написано, что я твоя собственность, Лэндон? Тебе не кажется, что ты путаешь желаемое и действительное?

— Мне сложно добиваться чьего-то расположения. Потому что раньше мне не приходилось добиваться чьей-то интереса, так как женщина сами вешались на меня. А с Вами всё по-другому.

— Я рада за такое откровение, но это ровным счётом никак Вас не оправдывает.

— Согласен. Но может нам стоит начать всё с чистого листа? И знаете, самое удачное начало будет тогда, когда оно начнется с постели.

— Знаете, лишь Вам единственному удалось достичь высшей стадии кретинизма. А еще стать его неотъемлемой частью.

— Если передо мной будет стоять выбор между грубостью и юмором, я непременно выберу второе.

— Как мне показалось, Вам и первое не чуждо.

— Мне просто нравятся эти атаки Вашего острого разума в мою сторону. В наше время, не так уж часто встретишь столь интересную беседу.

— Я Вам не клоун, чтобы развлекать Вас.

— Вы лучше. Вы женщина, — проговорил он с самодовольной улыбкой на своей физиономии.

Ясно. Этому мужчине чувство совести неведомо.

— Тогда услышьте наконец слова этой женщины и больше не приближайтесь ко мне.

— Как скажите. За Вашей особой и издалека не менее приятно наблюдать.

"Ну смотри, чтоб тебе не повылазило", — мысленно бросила я и покинула его компанию.

Все остальное время я пыталась держаться общества Элизабет, а ненавистный мне мужчина весь вечер только с ухмылкой наблюдал за мной издалека.

Схватки начались рано. И эти схватки были у Вивьен. Оказалось, что она была уже на восьмом с половиной месяце беременности.

Как оказалось, единорог тогда пришел зря.

Но суть в другом. Она пожелала, чтобы на её родах присутствовали я и Элизабет. Мы же были от этой новости немного в шоковом состоянии.

Когда крики разрезали покои Вивьен, Элизабет малодушно грохнулась в обморок. У меня было такое же состояние, но я держалась на своей упертости. Как никак я тоже женщина, и для меня это должно быть естественно.

Но о какой естественности может идти речь, когда молодая девушка кричит на всю комнату, а из её чрева выходит дитя.

Это было страшное зрелище, настолько страшное, что после этого оно будет являться позже в кошмарах.

Когда Элизабет очнулась, она застигла тот момент, когда из Вивьен вышла голова ребенка, и отправилась в повторный обморок.

Как я ей завидовала.

Вивьен позвала меня к себе и я подошла к ней. Схватив мою руку так, что от моей руки чуть не посыпались пальцы, я сжала зубы и поддерживала её своим присутствием. Раздался громкий и мучительный крик Вивьен и на свет появилось сморщенное тельце её малыша.

Отрезав пуповину, она взяла его на руки, и с улыбкой насмотревшись на него отдала его мне.

Мне было страшно брать его на руки, но когда это маленькое существо легло на мои локти я увидела насколько милое и крохотное оно было. Улыбка невольно накрыла мои губы, а я с какой-то нежностью посмотрела на него. Малышка (где после обрезания пуповины нас сразу уведомили о поле ребёнка) замолчала. А я затаив дыхание, с восхищением посмотрела на большие голубые глазки, которые сейчас с любопытством смотрели на меня.