Книга На острие мезальянса, страница 187 – Каталина Вельямет

По понятным причинам, мисс Дариэль не могла выезжать из Овинье и поэтому оставалось только гадать, когда же ей наскучит изоляция и она наконец покинет стены поместья. Судя по слухам, новый глава рода, не слишком жаловал свою мачеху даже в присутствии отца, поэтому дни бедняжки были сочтены. Ей срочно требовался новый муж, но из-за траура, мало кто из её поклонников желал навестить вдову.

Бартра несмотря на все попытки быть сдержанной, то и дело отпускала язвительные комментарии. Принося по утрам воду, она не торопились уйти и рассказывала гувернантке обо всём, что могла услышать прислуживая во время ужина.

Если раньше, Анне казалось что заниматься сплетничеством ниже её достоинства, то теперь, не видела в этом ничего плохого. Это был прекрасный доступ к информации, ведь свои контакты с мистером Хэлтором, она полностью свела на нет, после одного случая.

Адам попросил её ненадолго развлечь гостей в малой гостиной, но оказавшись в обществе незнакомцев, девушка поняла, насколько плохой была эта идея. Её никто не оскорблял, но то, с какой страстью гости начали вспоминать своих гувернанток, это было словно ушат холодной воды на голову.

Для них, она была всего лишь обслугой и эти люди, не имели ни малейшего представления о жизни тех, кто положил не один год на их воспитание. Они говорили обо всех розыгрышах, шутках, которые считали смешными и продолжали смеяться.

Вынужденная улыбаться и поддерживать разговор, она теперь отчётливо понимала, что случай Айрин, был не самым запущенным или быть может, ей просто повезло и всё могло быть намного хуже. Работа гувернантки сильно отличалась от работы в пансионе, что заставляло девушку испытывать страх за своё будущее.

Зима выдалась очень холодной. Горничные не снимали шерстяных шалей, что плотно повязывали поверх белого фартука, а гувернантка при этом чувствовала себя вполне спокойно. Ночи в стенах пансиона были не менее холодны. В самые лютые морозы, девочки ложились в кровати по двое, стараясь присоседиться к тем, чьи места были возле жаровен. Пусть это было не по правилам, но даже жрица Аделаида предпочитала сохранять молчание, ведь схватив простуду, можно было легко ослабнуть и умереть. Каждую зиму, пансион терял нескольких воспитанниц, что делало пребывание ещё более грустным.

Годы проведённые в этом мрачном и суровом месте, оставили в душе Анны неизгладимый след. Именно поэтому, первые минуты утра, когда нужно было умыться и переодеться, навевали неприятные воспоминания.

Учитывая, что Айрин уже чувствовала себя намного лучше и могла спокойно передвигаться по дому при помощи трости, Анна возобновила занятия в классной комнате. И теперь к ним на постоянной основе присоединялась Ламина.

Работая с Айрин, гувернантка давала Ламине простые задания, по счёту и письму, каждый раз поощряя её за старание. Девочку увлекла учёба в классе, и она уже почти не отличалась от нормального ребёнка. Наблюдая за ней, Анна видела, что отставание идёт на несколько лет, но при должном усилии, шанс получить неплохое образование, у неё был. Однажды она даже призналась, что рядом с гувернанткой чувствует себя в безопасности, но на любой уточняющий вопрос, только застенчиво улыбалась. Когда-то она доверяла Офелии, но та была для неё как мать, поэтому, когда девочка перенесла свое доверие на Анну, это сильно её удивило.