Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 172 – Лада Отрадова

Они обмениваются обеспокоенными взглядами — и удары по дереву сменяются громким треском, а сама дверь плашмя падает на пол, поддавшись беспощадному напору бунтовщиков. Четверо горожан врываются внутрь с пылающими от гнева глазами, один из них вооружён топором, остальные же полагаются исключительно на собственые кулаки и ярость.

— Где Вепрь?! — взгляд обладателя оружия скользит по залу, пытаясь отыскать среди присутствующих в особняке хозяина дома, но никаких следов его здесь нет. — Где этот предатель?!

— Не смей называть так моего мужа, пёс! — срывается с губ Милицы, и только спустя мгновение она осознаёт, какую ошибку допустила.

— Муж, значит?! — ухмыляется один из восставших и показывает на неё пальцем. — Взять её, пусть ответит за грехи супруга наравне с ним!

Раздувший ноздри Ари достаёт из ножен сверкнувший в полутьме клинок. Милица же быстро осматривает комнату, и её взгляд останавливается на тяжёлом латунном подсвечнике. Пышка хватается за канделябр, и кажется, что холодный металл придаёт ей уверенности в своих силах.

Грузный мужчина со шрамом на лице бросается вперёд и взмахивает своим топором, но дружинник молниеносно парирует удар мечом, и их оружие с гулким лязгом сталкивается. Бунтовщик — стоит отдать ему должное — отвечает Ари ударом коленом в живот, и лысый соратник князя падает на столешницу, сдавленно завыв от боли.

Занесённое над его головой лезвие через секунду обрушивается вниз, но воин в последний момент перекатывается по столу в сторону, и вместо его плоти топор пронзает сначала алтабасовую (1) скатерть с бахромой, а затем застревает в треснувшей дорогой древесине.

Пока мужчина пытается вытащить оружие, обеими руками вцепившись в топорище, Милица взмахивает подсвечником и ударяет незваного гостя по затылку, отчего тот отшатывается и ничком падает на пол.

— Что?! — отвечает девушка, ловя на себе одновременно выражающий благодарность и неудомение взгляд дружиннника. — Я три недели её вышивала!

Навстречу им, подстёгиваемые яростью, устремляются новые бунтовщики. Ари не даёт двоим сократить расстояние до них, выставив вперёд меч, да и Милица оказывается грозным противником, с удивительной силой отмахиваясь от посягнувших на неё негодяев подсвечником.

Бам!

Ещё одним восставшим становится меньше: дружинник несколько раз ударяет того лицом о стол, и многострадальную скатерть на сей раз орошает кровь.

Пара оставшихся мятежников смотрят друг на друга, уже подумывая об отступлении, однако в полку их прибывает, и в доме Вепря появляется ещё полтора десятка человек, но на сей раз хорошо вооружённых и прекрасно знающих, зачем сюда явились.

Взгляда их одноглазого предводителя, чьё увечье сокрыто за повязкой, хватает для того, чтобы взбунтовавшиеся горожане пулей покинули особняк. Его соратники нацеливают кинжалы и палицы на загнанных в угол Ари и Милицу, которые понимают, что сопротивляться превосходящему противнику опасно и глупо.

— Что с ними делать?! — бросает главарю вопрос один из шайки.

— Свяжите и посадите куда-нибудь подальше, пусть не мешаются. И чтобы ни единого волоска с их голов не упало — хозяин строго запретил трогать случайных людей. Лучше поторопитесь и обыщите вепрево гайно (2)!

* * * * *

В лабиринте узких улочек города легко было затеряться: где-то их запутанная паутина переплеталась, где-то же, напротив, разделяла возможные маршруты или же и вовсе отрезала путь рухнувшим от грозы деревом или оставленной кем-то бесхозной старой телегой.