Книга И это пройдет…, страница 164 – Вера Чистякова

— Ну спасибо, эти твои намеки на мой внешний вид немного напрягают, — послушно надевая кофту, ответила Аня, — с учетом того, что я говорю, словно сломавшийся патефон, то вряд ли меня вообще кто-то станет слушать.

— Знаешь, если б ты на конкурс в мужской журнал шла- вопросов нет. А сейчас просто смирись и не обижайся, — парировала Надя, — но вот голос у тебя и правда жуткий.

В небольшом зале собралось около 40 человек. За круглым столом сидели молодые ребята и барышни, приехавшие из Украины, Белорусии и России. Аня с любопытством разглядывала своих будущих коллег, переключая слайды с фотографиями, иллюстрирующими моменты русской истории. В последнюю минуту они решили, что говорить сегодня будет только Надя. Сейчас подруга зачитывала фрагменты интервью, которые она успела взять на митингах в Мурманске, и рассказывала об особенностях журналистской работы в городе. Аня переключила очередной слайд, на большом экране возник макет статьи, задумывавшийся как авторская колонка в региональном вестнике. Надя мерным голосом читала написанные Аней строки:

Возможно ли в России оппозиционное движение?

Глядя на то, что происходит в современной России, любой человек, старше 16 лет может закономерно спросить: "Господа, какого хрена?". У классиков эта мысль облачена в более благородные формы: кто виноват и что делать?

Для того, чтобы иметь возможность ответить на эти вопросы, необходимо обратиться к истории.

Народ, населявший территорию Российской империи, практически никогда не был свободен в своем волеизъявлении. Люди жили в гнете крепостного права, под руководством разного рода самодуров. В дворянской среде было модно рассуждать об изменении империи, но попытки что-либо менять были крайне неудачными. Заговорщики терпели поражения, укрепляя монархов в мысли, что единственная возможная власть- самодержавие.

Ужасная и беспощадная русская революция, разразившаяся в начале 20 века, по разным оценкам унесла жизни от 10 до 17 миллионов человек, еще 2 миллиона покинули страну. О причинах, вызвавших столь серьезные потери можно говорить очень долго, но важно понимать, что безразличие правящих элит к чаяниям народа, может на долгие годы погрузить страну в хаос.

Мы знаем о том, как люди бесчинствовали: красный террор, белый террор, суды тройки. Те, кто смог захватить власть, не смогли придумать ничего кроме ГУЛАГа и расстрельных списков. Система исправительных учреждений, зародившаяся в 1919, достигла своего апогея при правлении И. В. Сталина. Она насчитывала 500 лагерных управлений с сотнями отделений. Историки указывают от 15 до 18 миллионов человек прошедших через трудовые лагеря, 1,5 из которых погибли при разных обстоятельствах. Среди этапированных в Сибирь был и Лев Вознесенский, ученый-экономист, политический обозреватель, сын ректора ЛГУ. Он был арестован сразу после того, как по Ленинградскому делу казнили его родного дядю, главу Госплана СССР Николая Вознесенского. В пересыльном лагере умер поэт Осип Мандельштам. В июне 1937 также состоялся суд над группой высших офицеров РККА, включая Михаила Тухачевского, по «Делу антисоветской троцкистской военной организации». В 1938 состоялся процесс над 21представителем «Право-троцкистского блока». Главным обвиняемым являлся Николай Бухарин, бывший глава Коминтерна, также бывший председатель Совнаркома Алексей Рыков, Христиан Раковский, Николай Крестинский. Среди обвиняемых были также И. Н. Казаков, Л. Г. Левин и Д. Д. Плетнёв, известные деятели советской медицины. Практически все были приговорены к расстрелу. Под суд попали оппозиционеры Зиновьев и Каменев. Не избежали этой участи и ведущие пособники репрессивной машины: Николай Ежов, Лаврентий Берия и Генрих Ягода.