Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 29 – Вера Анмут

Ахим Штаузенг сел за стол, приготовил перо, чернильницу и открыл домовую книгу, собираясь записать в неё очередные хозяйственные расходы. Но его работу прервали. В кабинет зашёл слуга.

— Пришла знахарка, господин, – сообщил он. – Сказала, что хочет с вами поговорить.

— Пригласи её сюда, – ответил Штаузенг.

Слуга с поклоном удалился, а в кабинет вошла закутанная в широкий чёрный плащ женщина.

— Здравствуй, Хельга, я рад видеть тебя, – приветствовал гостью добрый хозяин и, подойдя к ней, помог снять плащ.

Ахим не кривил душой, произнося эти слова. Он действительно хорошо относился к этой необычной женщине и всегда радушно принимал её в своём доме. Его не волновало, что общество называло Хельгу ведьмой и обходило её стороной, его не заботили косые взгляды соседей на него самого. Для него Хельга была ничуть не хуже, а даже лучше остальных женщин.

— Здравствуй, Ахим, я пришла к тебе с просьбой.

Хельга прошла к камину и протянула к огню озябшие руки. Её голос как всегда был спокоен, движения неторопливы. Генрих отложил плащ на стоящий у стены большой сундук.

— Я весь во внимании, – ответил он, приблизившись к гостье.

— Мне нужна какая-нибудь вещь, ранее принадлежавшая Эльзе. Лучше, если это будет небольшой кулон или браслет.

Ахима эта просьба немного подивила.

— Можно узнать для чего?

— Скрывать от тебя мне нечего. Я хочу сделать амулет для Берхарда, который оградил бы его от злых намерений других людей. И вообще от несчастий.

— А разве ему уже что-то угрожает? – забеспокоился Ахим.

— Пока не знаю, но меня одолевают тяжелые предчувствия. Берхарду нужна защита, а лучший защитник для ребёнка – это, конечно, его мать.

— К сожалению, мать Берхарда слишком далеко от него и помочь не сможет.

— Её душа намного ближе, чем мы думаем. Просто надо сделать так, чтобы она всегда была рядом с сыном. Так я могу взглянуть на вещи Эльзы?

— Да, конечно. Сейчас принесу ларец дочери.

Ахим Штаузенг вышел из кабинета и вскоре вернулся, неся в руках небольшой ларец, украшенный искусной серебряной инкрустацией.

— Вот здесь все украшения моей Эльзы. Выбирай.

Ахим поставил ларец на стол и открыл его. Подойдя, Хельга стала не спеша перебирать вещи. Украшений у Эльзы было много. Сначала отец баловал дочь подарками, а после влюблённый Генрих одаривал драгоценностями свою ненаглядную.

— Вот, какой интересный кулон. Я как-то видела его на Эльзе.

Хельга положила на ладонь золотую цепочку, на которой висела крупная вытянутая в форме капельки жемчужина в золотой оправе. Её гладкая перламутровая поверхность красиво переливалась бледно-голубым и нежно-розовым оттенками.

— Это было её любимым украшением, – сказал Ахим с лёгкой печалью в голосе. – Его подарил ей Генрих. Эльза тогда ещё сказала, что жемчужина похожа на каплю дождя, и она вполне могла бы стать семейной реликвией рода Регентропф.

— Она права, – задумчиво рассматривая кулон, проговорила Хельга. – Ведь «Регентропф» – значит «дождевая капля». И даже на гербе этого рода изображены три капли. Что ж, лучшего амулета и не найти. Правда, жемчуг более подходит женщине… Но это неважно. Ты согласен отдать жемчужину?

— Конечно. Тем более для такого дела…

— Когда амулет будет готов, я принесу его тебе, а ты потом поедешь в Кроненберг и наденешь его на шею Берхарда.