Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 299 – Вера Анмут

— Правильно, – бесстрастно подтвердило эхо.

Аксел не видел, как Густав открыл флакон, только слышал:

— А я вновь разрушу твои планы, мерзкий волчонок. Я уничтожу источник твоей силы. Смотри!

Притаившийся за приоткрытой дверью Аксел почувствовал поток холодного воздуха и увидел, как в комнате погас блёклый свет свечи. Душу его наполнила тревога.

— Нервничаешь, да?! – донёсся до Аксела злорадный возглас.

Молодой человек не выдержал и вошёл в комнату. В сумраке он с ужасом разглядел в руке Густава флакон с ядовитой жидкостью, а на лице юноши играла улыбка победителя.

— Густав! – крикнул Аксел.

Но друг его не слышал. Он смотрел в дальний угол стола, на того, кто был виден только ему.

— Возвращайся в ад! – провозгласил Густав и, прежде чем Аксел успел подбежать к нему, опрокинул в себя содержимое склянки.

В следующий же миг юноша схватился за грудь, резко вдохнул и безвольно повалился на стол. Его тело затряслось в мелких судорогах и вскоре замерло. Молодой ландграф фон Регентропф умер.

Аксел Тарф в оцепенении стоял возле своего друга и господина. Всё произошло столь скоро и неожиданно, что разум его никак не мог принять случившееся.

Новый порыв холодного ветра заставил парня очнуться. Нужно что-то делать. Прежде всего, Аксел подошёл к распахнутому окну и закрыл створки. Густав мёртв. Надо бы позвать лекаря и сообщить ландграфине. Она, несомненно, будет убита горем. Но также и может впасть в гнев. В гнев на него, на Аксела, на лучшего друга её драгоценного сына, на человека, которого она оставила в качестве стражника, которому она наказала ни на миг не оставлять больного Густава без присмотра. Как бы со злости не приказала она казнить нерадивого слугу.

Долго Аксел Тарф рассуждать не стал. Без влиятельного покровителя в этом замке ему больше делать нечего. Никого судьба его более не заинтересует. Молодой человек прошёл за кровать. Здесь, у стены висел ключ от небольшого сундука, стоящего в дальнем углу комнаты. Содержимое этого сундука составляли личные вещи Густава. Аксел открыл обитую бронзой крышку. Из-под груды одежды он достал три мешочка наполненных золотыми монетами и запихнул их себе под рубашку. Затем, закрыв сундук и повесив ключ на место, Аксел Тарф спешно покинул покои ландграфа.

Первым делом Аксел зашёл к себе, торопливо собрал всё самое необходимое для дальней дороги. После он заглянул в покои, отведённые для лекаря, и сухо сообщил усталому мужчине:

— Прошу вас подойти к Густаву, гер Гойербарг. Он принял яд.

Лекарь в ужасе помчался в комнату молодого ландграфа. А Аксел Тарф тем временем направился к ландграфине.

С того момента, как Патриция оставила сына, её не покидало беспокойство. Болезнь отступила, Густав не один, с ним верный Аксел, у дверей стража, и всё же сердце тревожилось. Патриция бродила по комнате, не зная, чем занять себя, чтобы отвлечься от нехороших мыслей. Хотела выйти в сад, но с серого вечернего неба вновь капал мелкий дождь. Может, заняться шитьём? Однако не было даже желания себя заставлять. И Патриция снова и снова просто ходила по комнате из угла в угол.

Открылась дверь. В комнату вошёл Аксел Тарф. Увидав его, Патриция замерла. «Новый приступ», – вспыхнуло предположение.

— Почему ты здесь? – строго спросила женщина.