Книга Как в японской дораме, страница 104 – Вера Анмут

— Ты всегда столь серьёзен, когда занят делом? – не удержалась я от вопроса.

Взглянув на меня, Соби удивлённо приподнял бровь.

— Я сосредоточен, потому что не хочу сделать плохо, – ответил он.

Вернувшись к делу, Соби отлепил от теста руки, добавил муки и продолжил месить. Но моё замечание парня, видимо, задело, ибо вскоре он снова отвлёкся.

— А что? Это неправильно?

Я отошла от плиты и приблизилась к столу, рабочему месту моего поварёнка.

— Правильно. Просто… Так странно… Работа, вроде, не сложная, умственного труда не требует, а у тебя вид, будто глобальные проблемы решаешь.

— Когда рисуешь ветвь, нужно слышать дыхание ветра, – высказал Соби. – А ты почему за мной следишь? Опять интересно?

— Интересно, – не стала отрицать я.

— Лучше за собой посмотри. Не успела подойти, а уже нос испачкала.

И Соби вдруг коснулся моего носа своим белым от муки пальцем. Я ахнула от неожиданности. А парень, не давая мне опомниться, быстрыми движениями измазал мне в муке и щёку, и шею, и подбородок, приговаривая:

— Смотри, и щёку испачкала… И шею тоже… Какая же ты неаккуратная…

— Прекрати! – вскричала я, оттолкнув руку хулигана.

Но тот не унимался, продолжая наносить мучные полосы на мои руки и лицо. Даже в раж вошёл, посмеиваться начал. Тогда я не выдержала, опустила ладонь в пакет с мукой, а после размазала мучную пудру по лицу обидчика. Соби опешил, застыл и часто-часто заморгал белыми ресницами. И так он смешно выглядел в эту минуту, что я от души рассмеялась над ним.

— Вараи готоджанаи^[61], – проворчал Соби и, ткнув в меня пальцем, добавил. – У тебя, между прочим, капуста подгорает.

Мой смех тут же стих. Капуста! Я подбежала к сковороде. Точно, подгорела немного.

— Это всё ты виноват, – обвинила я.

— Со дэс ка!^[62] Я не заставлял тебя отвлекаться.

— А зачем ты испачкал меня в муке?

— Хотел пошутить. А ты мне так жестоко отомстила!

Соби попытался тыльной стороной ладони стереть со щеки толстый слой мучной пудры. Но так как его рука тоже была в муке, то никакого успеха он не добился. Я же, перемешав будущую начинку, взяла полотенце и без усилий вытерла своё лицо и руки.

— Вытри и мне лицо, – попросил Соби.

— Вытрешь сам, – огрызнулась я.

— Но у меня руки в тесте.

— После умоешься.

— Мне с ресниц мука в глаза падает.

Я повернулась к парню. Он безрезультатно старался вытереть глаза об короткий рукав футболки. Бедняге было очень неудобно это делать, и, видимо, мучная пыль действительно мешала ему. Так и быть, я подошла к Соби и повернула его к себе. Аккуратными движениями стряхнула полотенцем с закрытых глаз муку, затем стёрла её со лба и щёк. Парень стоял молча, не открывая глаз, и терпеливо ожидал окончания процедуры. Его лицо постепенно вновь приобретало оттенок морского песка.

— Вроде всё, – закончила я, оглядев свою работу.

Соби приоткрыл глаза, поморгал ими.

— Спасибо. Можешь вернуться к плите, – милостиво позволил он.

И отвернувшись от меня, парень продолжил заниматься тестом. Больше я его не беспокоила. Даже не разговаривала с ним, с этим врединой.

Наконец тесто приготовлено. Я его уложила в кастрюлю, укутала и поставила на солнышко. Капустная и картофельная начинки тоже были готовы и остывали в мисках.

— У нас есть час-полтора свободного времени, – сообщила я. – Можем отдохнуть.