Книга Двойник, страница 16 – Елена Грановская

— Ну, время есть, будем думать…

— Время и есть, и его нет. Я боюсь, как бы о нем не узнали. Приедут ведь сюда, отберут и больше не вернут, как мне думается. Не хочу его отдавать не из жадности какой-то, поймите. И не из недоверия к столице, простите мои слова, Валерий Игоревич. Просто, как бы сказать…

— Я понимаю. Правильно боитесь. Я бы тоже не доверился главным управлениям сразу, пока на месте не разобрался, что к чему. Опасно так работать, рискованно, но всё же. Мы никогда не сможем быть уверены, что видение ситуации и планы на пришельца у главка такие же, как у нас. В данном случае, в случае с этим пришельцем, я бы сперва использовал все местные объемные ресурсы, ваши, омские. А едва начал бы понимать, что ситуация в своей неразрешимости опасно начинает крениться в сторону, обращался бы в центральное ведомство.

— Товарищ подполковник. — Тон Селиванова стал тверже, Сезонов почувствовал себя будто на важном совещании. — Поскольку вы сейчас — единственный московский офицер оборонного министерства да и других силовых ведомств, кто настолько близко оказался посвящен в наше названное «омское дело», попрошу вас: с этой минуты никакому постороннему не сообщать о том, что́ вы узнали и узнаете о пришельце и действиях департамента, связанных с поиском и обнаружением новых данных об инопланетном госте. Уверен, вы понимаете, насколько всё серьезно. Договорились?

День едва успел впитать в себя свет, как уже вновь сдавался декабрьскому сумраку. Над городом зажигались огни. Круглые плафоны ярких уличных фонарей в сквере невольно напоминали широко распахнутые белесые глаза ярославских тварей. Сезонов стоял у окна в гостиничном номере и смотрел на улицу. Основной свет он не включал, горела лишь прикроватная лампа. На кровати у прислоненной к стене подушки лежала раскрытая папка с материалами на пришельца и Креплова, переданная старшим лейтенантом, записной блокнот с заложенной между страницами ручкой. В поисках созвездий подполковник следовал взглядом по небу и увидел яркую неподвижную точку — искусственную станцию или спутник.

«Мда, Арсений… — вздохнул про себя Сезонов, вспоминая Ковалева. — Если бы не твоя кончина, я бы ничего этого не узнал. Своим внезапным уходом ты некоторым образом открыл дверь в мое нечаянное исследование космических визитеров. Ужасно опасных, как ярославские. И человечески разумных, как этот омско-новосибирский.»

Мобильник на кровати оповестил о входящем вызове. Подполковник отошел от окна и взял телефон в руки. Звонил Фамилин.

— Да, Егор Семёныч, слушаю.

— Валерий, не отвлекаю?

— Нет, нисколько.

— Как дела, как устроился?

— Разместился хорошо. Уже встречался с людьми из управления. Был продолжительный разговор.

— Ну и как? Всё серьезно?

— Да, на самом деле, всё очень непросто. Сложнее, чем в Ярославле.

— Я надеюсь на твой опыт и твою рассудительность.

— Сам надеюсь, товарищ генерал-майор.

— Ты уже видел этого… гостя?

— Да.

— Запрещено говорить об этом деле с кем бы то ни было?

— Так точно.

— Разумно. Как тебе Селиванов?

— Сдержанный, уверенный. Сработаемся, думаю.

— Если дело задержит в Омске, сообщи.

— Конечно, Егор Семёныч.

— Ну тогда хорошего вечера. До связи.

— До свидания.

Подполковник завершил вызов. Найдя историю переписки с Власовым, напечатал ему: «Здравствуй, Юра. Как здоровье?». Отправив капитану сообщение, Сезонов набрал найденный в книге контактов нужный номер и вновь приложил телефон к уху.