Книга Двойник, страница 7 – Елена Грановская

— Как его имя? — спросил подполковник, листая страницы в надежде найти биографию космического гостя.

— В Новосибирске нашим он так и не сказал ни слова. О его жизни ничего не известно. Лишь результаты обследования из медцентра, которые демонстрируют ошеломляющую картину.

— Просто слов нет, — выдавил Сезонов, когда машина уже двигалась по Ленинградскому мосту над скованными льдами водами Иртыша.

— Поверьте, у всех нас сперва тоже челюсти отвисли, — покивал Калдыш.

— Но он, этот пришелец, появился в Новосибирске. Как оказался тут?

— Сбежал. Так просто, да: взял и сбежал из-под стражи. Какие только планы «перехваты» по городу не объявлялись. Зону поисков расширяли, привлекали добровольцев, поисковые отряды, полицию. Время идет, результатов нет. Не хотел Новосибирск признавать, что упустил пришельца. В Томск, Кемерово кинул запросы о содействии, до Барнаула. В общем ушел космический гость и не вернулся. Весна прошла, лето тоже, осень наступает, зима скоро, а соседи наши так и не разыскали его. Месяц назад Омск звонит Новосибирску и говорит: нашелся у нас ваш сбежавший, но мы его уже к себе в обработку забрали. Оттуда все материалы нам передали.

— И где его нашли? — Сезонов посмотрел на проспект с длинными панельными домами в лучших традициях городской застройки середины прошлого столетия.

— Не поверите. В троллейбусном депо! Была при нем только справка от миграционной службы, что, мол, документов нет, без жительства, возраст трудоспособный. Устроили в депо так. От управления транспорта дали койко-место в общежитии, там и провел много недель. До тех пор, пока на него не вышли и не забрали.

— Что же он делал? Неужели троллейбус водил? — Подполковник проводил глазами ехавший по соседней попутной полосе рогатый общественный транспорт.

— Вы знаете — да! Прошел ускоренный курс, быстро овладел навыками вождения. В ДТП, к слову, замечен не был за всё время работы.

— А долго проработал?

Машина стояла на перекрестке, ожидая разрешающий сигнал для поворота влево.

— Около трех месяцев.

— И где он сейчас?

— У нас, в здании дальше по улице. Это через речку в ту сторону.

Лейтенант кивнул подбородком вперед, ведя автомобиль по новому жилому проспекту.

— А под каким именем он работал? Ему же всё-таки приходилось общаться. И как он обменивался с людьми фразами? На каком языке?

— На русском общался. А имя выбрал Вадим Данилов. К слову так медиков зовут, одного Вадим, у другого фамилия Данилов, оба еще в Новосибирске его обследовали. Видимо, запоминал имена всех тех, кто его окружал, и идентифицировал.

— Как он язык выучил?!

— Я упоминал, что он много недель молчал и не реагировал на наши фразы. Но слышал телевизор, аудио, голоса. Видимо, как-то что-то у себя в голове молча сопоставлял, смысловые значения обрабатывал, перенося на свой родной язык. Но несомненно то, что он действительно понимал и общался на нашем русском.

— А что сейчас? С вами разговаривает? — Сезонов имел в виду омских спецов.

— На контакт идет неохотно, фразы максимально короткие, далеко не на всё отвечает. А про свою истинную жизнь, инопланетную, не говорит.

— Он может представлять особую опасность? В смысле какие-то сверхспособности, которых нет у людей. Он может чем-то навредить?

— У него сила как у олимпийского тяжеловеса. При этом он совершенно не настолько крупный. Да, высокий, крепкий, но ни за что не поверишь, что он может сдвинуть бульдозер.