Книга Его счастье, страница 27 – Энжи Вэс

Саймон был возмущен. Нет, он был просто в ярости! Саймон сжал кулаки и чувствовал, как кровь начала бурлить от злости, но не подал виду, сохраняя на лице хладнокровие.

Экономка ахнула от испуга, когда Саймон, взяв крепко широкой ладонью лицо Фредди, заставил его смотреть только на него, призывая к вниманию следующие слова:

— Ты пришел ко мне с грязных улиц городских трущоб, перетерпев голод и холод, — тон его был до скрипа ледяным, как и само выражение лица. — Имея кров и хорошее жалованье, ты рискуешь все это потерять из-за одной бутылки портвейна, который уже течет у тебя вместо крови по жилам.

Взгляд лакея был рассеянным и мутным, однако он понимал что говорит Саймон.

— Скажи мне, Фредди, тебе мало выплаты?

Лакей отрицательно покачал головой.

— Может, тебе плохо живется под моей крышей?

Вновь последовал отрицательный кивок.

— Тогда какого черта ты вытворяешь со своей жизнью, Фредди?! — Отпустив лицо, Саймон повысил голос настолько, что экономка вздрогнула от неожиданности. Лед треснул, он больше не мог сдерживаться. — У тебя есть все, чтобы жить достойно. Скажи мне, чего тебе не хватает?

В глазах Изабель стояли слезы. Казалось, что вот-вот и они хлынут на пол крупными каплями жалости и чувства вины.

Лакей попытался сосредоточить свой взгляд на герцоге, а затем невнятно произнес:

— Вы… правы, ваша светлость — он наигранно повесил голову. — Но я не могу… я не могу не прийти к погребу и не попробовать этот волшебный вкус напитка, который так манит, понимаете? Вы меня не понимаете. Никто-о-о не понимает! — Фредди обвел пальцем помещение. — Это сладкое ощущение… когда внутри разливается тепло, невозможно сравнить ни с чем. Что в этом плохого?

Саймон вздохнул и сунул руки в карманы, откинув назад голову. Было понятно, что парня не спасти, раз он того не хочет. Он не оставил ему шанса. Был только один выход.

— Фредди, — устало произнес Саймон, — ты уволен.

Изабель вновь ахнула и прикрыла рот ладонью, переводя взгляд с одного на другого. Повисла тяжелая тишина.

— Можешь собираться прямо сейчас. Видит бог, я давал тебе шанс и не один раз. Уходи, я больше не желаю тебя видеть.

Развернувшись, Фредди что-то тихо пробормотал себе под нос, затем открыл ручку двери и поплелся в коридор. Через три секунды было слышно, как лакей споткнулся и упал за дверью.

Изабель осталась, смотря на Саймона глазами, полными сожаления. Казалось, что ее сердце сейчас разорвется. Саймон, чтобы не видеть ее, повернулся к ней спиной и подошел к окну, сцепив руки за спиной.

— Мне тоже жаль его. Но если он не хочет бороться за свою жизнь, то что я могу сделать? Не ты, не я его уже не спасем.

Изабель уже во всю сопела позади него, вытирая слезы фартуком.

— Нет, это я должна оправдываться и просить прощения. Это ведь я его привела и надеялась, что при хорошей работе и крове, он встанет на ноги. Прости меня. — Голос ее задрожал.

Саймон повернулся и подошел к ней.

Он мягко обнял ее, а затем ласково сказал:

— У тебя очень доброе сердце.

Плечи Изабель вздрагивали, она уткнулась ему в плечо.

— Не надо винить себя, если человек не хочет принять протянутую руку. Я благодарен тебе, что ты здесь со мной, за твою любовь и заботу. Ну, прошу тебя, останови это слезотечение, пока мне не пришлось посылать за ведрами. — Он немного посмеялся.