Книга Интимная сексуальная жизнь знаменитых людей, страница 30 – Ирвин Уоллес, Эми Уоллес, Сильвия Уоллес, и др.

Один из первых приступов депрессии случился у Ван Гога в 1874 году после того, как ему отказала Урсула Лойер, дочь домохозяйки. Ван Гог влюбился в нее, когда работал в Лондоне в галерее "Гупил", но никак не решался с ней заговорить и тщательно скрывал свои чувства к ней. Когда же он решился на признание, девушка была шокирована и ответила на его предложение однозначным и довольно грубым отказом.

Эта история повторилась, когда к Ван Гогу в гости в Эттен приехала его недавно овдовевшая кузина Ки Стрикер Вое. Он опять долго скрывал свои чувства к ней, а потом внезапно сделал ей предложение выйти за него замуж. Ки ответила категорическим отказом и тут же вернулась домой к своим родителям в Амстердам. На этот раз Ваг Гог так легко не сдался. Он занял немного денег и поехал за Ки в Амстердам. Он появился в доме Стрикеров, когда вся семья ужинала. Когда объявили о его приходе, Ки скочила из-за стола и выбежала из комнаты. Ее родители сначала были вежливы, но Ван Гог упорно стоял на своем. Во время третьего визита, получив очередной отказ, Ван Гог внезапно сунул руку в пламя горящей свечи и закричал, что будет держать ее там до тех пор, пока Ки не даст согласия выйти за него замуж. Отец Ки окончательно убедился в том, что имеет дело с сумасшедшим, и бесцеремонно выпроводил Ван Гога из дома, сказав ему на прощанье, что его визиты совершенно бесполезны, и что Ки никогда не будет его женой.

К этому времени Ван Гог уже находился на грани нервного срыва по причине полного отсутствия секса в его жизни. Однажды он даже пожаловался: "Я немедленно должен найти себе женщину, иначе я замерзну и превращусь в камень". Внезапно он осознал, что ему очень нравятся проститутки, поскольку они были его "братьями и сестрами", такими же изгоями, как и он сам, и никогда не гнали его из своих компаний. Ван Гог предпочитал иметь дело с постаревшими, не столь уже красивыми проститутками, которых он любил воспитывать. Вскоре он остановил свой идеальный, как ему казалось, выбор на беременной проститутке по имени Клази-на Мария Гурник, которую он стал называть "моя собственная". Клазина вместе со своей 5-летней дочерью поселилась в доме Ван Гога. Вскоре у нее родился сын Биллем, которого Ван Гог обожал. Клазина прожила в доме Ван Гога больше года. Он даже подумывал, не жениться ли на ней официально. Одна только мысль об этом приводила в ужас его родителей. Клазина была благодарна Ван Гогу. Она позировала ему (именно она изображена на литографиях из серии "Печаль") и заразила его гонореей, из-за чего Ван Гог провел три недели в больнице. Он, впрочем, нисколько не обиделся на нее за это, заявив, что рожать детей гораздо страшнее, больнее и тяжелее, чем лечиться в больнице от какой-то гонореи. Его идиллическое отношение к Клазине, впрочем, закончилось достаточно скоро. Он увидел, что она неряшлива, цинична, жестока и разнуздана. С тех пор он не обращался к ней по имени, называя ее "женщина, с которой я живу" или просто "женщина". Когда она окончательно бросила его и вернулась к своим прежним занятиям на улицах, Ван Гог уехал из Гааги.

В 1844 году случилось нечто невероятное: Ван Гога стала буквально преследовать женщина. Звали ее Марго Бегеманн. Она была соседкой Ван Гога в Нуэнене. Эта 41-летняя неряшливая старая дева решила, что именно Ван Гог - последний шанс выйти замуж в ее жизни. Сам Ван Гог сравнивал ее со скрипкой, изуродованной при сборке неумелыми мастерами. Он, тем не менее, согласился жениться на ней, возможно, из чувства жалости. Когда его родители запретили ему вступать в этот брачный союз, Марго попыталась покончить жизнь самоубийством, но ее спас Ван Гог. Их женитьба так и не состоялась.