Онлайн книга «Твоя жизнь и твоя смерть принадлежат мне»
|
Лекарь закончил обрабатывать раны раненых и, прежде чем уйти в свою палатку, заглянул в шатёр чжихуэя. Чжихуэй Талтал и его ординарец Хеджин мирно спали, обнявшись, совсем не как брат и сестра. Но это не волновало лекаря. Для него было главным, что ещё одного раненого, вернее, раненую, удалось вернуть с дороги к Небесному Императору. И лекарь, с чувством удовлетворения от выполненного долга пошёл отсыпаться в свою палатку. 46 Правление Его Величества императора ХунЮна осталось в памяти народа как время кровавых войн, в результате которых Когурё значительно расширило и укрепило свои границы. И пусть современники не жаловали своего императора, но потомки по достоинству оценили его деяния. Простому люду было всё равно, какого размера государство, в котором они живут. Их волновали только насущные нужды — чтобы была надёжная крыша над головой, было бы во что одеться и чем накормить семью. Что им до того, что ещё несколько цин57 земли присоединено к империи? А вот то, что за эти цины гибли их сыновья, братья и отцы, не прибавляло любви к императору ХунЮну. Да и победы одерживал не он, а славный цзянцзюнь Талтал. Вот его в народе любили. За то, что бережно относился к простому воину, о чем из уст в уста передавали те, кто возвращался домой живым. И даже то, что вопреки традиции рядом с ним плечом к плечу, спина к спине, воевала его жена, славная Хеджин, не портило репутацию цзянцзюня. Наоборот, о нём и о ней народ слагал легенды. По империи гуляли легенды и о Его величестве императоре ХунЮне. Якобы у него есть вороны, которые умеют превращаться в людей. Из одного ворона получается десять умелых воинов. И нет этим воинам равных не только в Когурё, но и в соседних странах. Для поддержания этой легенды ХунЮн даже соорудил огромную клетку в дворцовом саду и посадил туда воронов. Огромные откормленные птицы с блестящими черными перьями косили злым взглядом на гостей императорского дворца, наводя на них ужас, о чём те потом шёпотом рассказывали домашним, тем самым способствуя распространению слухов. К слухам же относилась и легенда о любвеобильности императора ХунЮна. Нет, конечно, ХунЮн не был святым, хранившим верность одной единственной женщине — императрице Соа, но и развратником не был тоже. Просто не отказывал себе в удовольствиях. Слухи распространяли сановники, недовольные тем, что их дочери, едва достигнув поры созревания, попадали в гарем Его величества. Если бы ещё от этого была какая-то польза их отцам! А то ведь Его величество использовал дочерей исключительно как метод воздействия на своих подданных. И повода сопротивляться или роптать не было — Его величество свято соблюдал положенное количество жён и наложниц в гареме. Его величество ХунЮн об отношении к себе и к цзянцзюню Талталу знал, но относился к разговорам с усмешкой. Потому что слава не испортила Талтала. Он оставался таким же скромным, честным, прямолинейным и преданным Его величеству. До самого своего последнего вздоха помнящим, что его жизнь и его смерть принадлежат Его величеству. Его величество даже иногда приглашал Талтала в свои покои поиграть в свою любимую игру пай-гоу, не в последнюю очередь из-за того, что к ней могли присоединиться императрица Соа и Хеджин. 57 — мера площади в Когурё — 1 цин = 6,7 га 31 июля — 22 октября 2023 |