Книга «Волково поле», страница 165 – Александр Чигаев

— Охотиться будем вместе, за этим дело не станет. А вот, что с вашими собаками делать, тут надо бы подумать хорошенько.

— Так они у меня здоровы. Смотрите, носики мокрые и глазки светлые.

Она, опять умилила Александра. Носики, глазки. Женщина, есть женщина.

— Ладно, поехали с ними. Стороной объедем псарню, собак сразу и в дом заберем. Как они себя будут чувствовать в доме-то?

— Так они и живут у меня в доме и на кроватях валяются. Муж, поначалу ворчал, я на него цыкнула, он и смирился с этим.

Они поехали в усадьбу Волкова, а Лозанова продолжала свой милый разговор, рассказывая в подробностях о своей жизни. У Александра, было такое впечатление, что они друг друга знают сто лет.

— Я же в деревне ни когда не жила. Мы дворяне, приписанные к московскому уезду, безземельные. Может, когда и было имение, но было это так давно, что ни кто из родни и не помнит. Муж служил по линии земской управы, был каким-то столоначальником, я не разбираюсь в этом. Он у меня второй муж, первый, царствие ему небесное, оставив мне небольшое состояние, быстренько удалился в мир иной, а может я его уморила своими ласками, кто знает. Я, месяца два по вдовствовала, но мужика-то надо в доме, чего в постели-то одной делать, чай не старая и не девица, зачем товару зря пропадать. Вот, я и присмотрела себе женишка и тут же женила его на себе. Он у меня молоденький. Ну не брать же старого, на кой он мне нужен, мерин в постели.

Александр поймал себя на мысли. Точно, как моя сестрица, такой же острый язык, вот почему мне эта женщина так понравилась.

— Буду с ней охотиться, не знаю там, как на счет с ней в кустах отдохнуть, хотя баба справная и видать любит это дело, а зайцев и волка потравим с ней.

А Лозанова продолжала свой рассказ о себе и самое главное, абсолютно искренне, как будто Волкова и она знала сто лет, не меньше.

— Как-то увидела русскую псовую борзую, какой-то мужик с ней гулял по Москве, влюбилась сразу же и без остатка. Нет, не в мужика, а в собаку. Ночи не спала, все себе хотела взять такую. И взяла себе собачинку. Но, гулять я с ней гуляла, но она же резвиться хочет, ну не на Красной же площади ей скакать. Сняла дачку в Подмосковье, ходила с ней по полям. Зайцев-то она гоняла, а вот не ловила их ни когда. Ей уже года три было, когда она впервые поймала зайца. Ух, как же я радовалась этому. Потом их ловить стала чаще, моя собачка, не всегда, но поимки у нас были. Все, думаю, пора эту суетную Москву покинуть. Купить домик в деревне, землицы немного, но и крепостных, так, что бы прожить было можно в достатке. Я же не балованная сильно, цену куску хлеба знаю, не то, что там князья всякие. Ой, простите, заговорилась немного. Вы, это другое дело, вы все время на своей земле живете. Аж, вся вспотела, что бы выкрутиться от неловкого положения. Простите еще раз. Но, на большое имение денег-то нет, покойный мне супруг оставил на жизнь, жаль, мало. А у мужа жалованье, так, мне на булавки. Хоть иди сама работай. А я то, что могу, ясное дело, и умею это дело я делать хорошо, но супруг тут же сбежит, а я к нему неплохо отношусь, привыкла. На счет любви не знаю, чего-то я такого не встречала, в смысле любви, но мне хорошо с ним, он добрый и очень меня любит. А, что бабе еще нужно, вот и я об этом. Повязала я свою суку, а что со щенками делать и ума не приложу. Она мне принесла трех сук и двух кобелей. Кобелей сбыла с рук, а суки, так и остались у меня. Но, видимо Господь сжалился надо мною, за дела мои праведные. Прости мою душу грешную, и женщина перекрестилась. Как-то приходит мой благоверный домой со службы и говорит. Тут имение продается, так год не могли его продать. Решили разделить его на три части и уже по кускам и продать. Я за эту идею схватилась, заодно схватилась и за мужа, вы догадываетесь за что. Дала ему так, что он вообще перестал со мной спорить на всю жизнь. Денег хватило как раз впритык. Из управы я мужа уволила, и переехали сюда к вам жить. Земли немного, тридцать душ крепостных, домик, садик, огородик, вот такая у меня радость. Одна беда, ничего не соображаю в сельском хозяйстве, боюсь, что разорюсь. А вот это обидно. Все лето обустраивалась. Наконец, решила к вам заехать. У меня на поле два зайца жили, так мои Понки их давно изловили. Еду к вам, а тут заяц, но об этом я уже вам рассказывала.