Книга Женщина на все времена, страница 200 – Элизабет Хэран

Нола осмелилась взглянуть на него и не увидела в глазах Ленгфорда ни презрения, ни отвращения. Только сочувствие и понимание.

Она нашла в себе силы улыбнуться. Райнхарт продолжал:

— Уже лучше. Вы помогли нам решить много проблем, казавшихся неразрешимыми. Теперь наш черед помочь вам. То, что у вас будет ребенок, — радостная новость для меня. Вы, безусловно, будете ему прекрасной матерью. А уж как обрадуется Шеннон!

«Шеннон, может быть, и обрадуется, — подумала Нола, — а вот Гален…»

— Обо мне будут болтать на всех фермах. Я навлеку позор на вас и на Галена. Я не хочу этого.

— Нола, на моей ферме очень многое изменилось с тех пор, как вы к нам приехали. И все к лучшему. Самое большое изменение произошло со мной. Уверяю вас, что ни моей репутации, ни репутации Галена ваше положение заметного ущерба не нанесет. Наша жизнь и так уже несколько лет служит темой сплетен для всей округи. То, что думают другие, не интересует ни Галена, ни меня. И в будущем меня не будет это интересовать. После всего, что я узнал о вас, я не могу себе представить, что и вас будут беспокоить сплетни.

Нола с трудом сдерживала слезы, но сдерживала.

— Сказать откровенно, я совсем не хочу возвращаться в Англию. Но мне нужно думать о своем ребенке. Ведь отец должен знать о его существовании. Вы не думаете, что так будет лучше?

Ленгфорд наморщил лоб.

— Я не считаю, что это решение нужно принимать именно сейчас. Сначала родите ребенка. У вас должно быть время, чтобы все взвесить. Даже если вы поедете в Англию следующим пароходом, отец вашего малыша к тому времени, как вы окажетесь в Европе, без сомнения, уже будет женат.

— Вы правы. Я уверена, что он вряд ли обрадуется, увидев свою бывшую возлюбленную, к тому же беременную.

Она подумала о лорде Родвеле. Он сделает все, чтобы защитить свою семью от новых скандалов. Этот человек будет настаивать на том, что она беременна от кого угодно, но не от его сына, и вообще на всех углах станет рассказывать о том, что Нола Грейсон безнравственная женщина, не знающая, что такое мораль. Ну и какой будет жизнь ее внебрачного ребенка, если он вырастет, окруженный сплетнями и дурными слухами о своей матери?

— Я еще не готова к тому, чтобы каждый узнал об этой новости, Ленгфорд.

— Понимаю. От меня никто не услышит ни слова. Когда дело для всех станет ясным, я во всем поддержу вас.

— Спасибо, — прошептала молодая женщина.

Тем временем Гален Хетфорд прибыл в Сидней. Он снял номер в отеле, который назывался «Вид на порт». Хотя жили здесь в основном моряки, хозяин заверил, что скандалов у них не бывает. Корабли, на которых перевозили стадо Райнхарта, должны были прибыть только на следующий день. С балкона номера было хорошо видно порт, поэтому Гален решил, что, увидев корабли, он сразу организует транспортировку овец на рынок.

Для начала Хетфорд осведомился о ценах. Они его порадовали, и настроение управляющего сразу улучшилось. Их овцы будут первыми, прибывшими сюда с севера. Хетфорд был очень благодарен Ноле за ее идею отправить в Сидней стадо на корабле. Имелось у него и еще одно важное дело. Гален хотел посоветоваться с юристами по поводу притязаний семьи Янус на ферму. Настроен он был более чем решительно.

На следующее утро Гален Хетфорд рано отправился на поиски адвоката. Наконец около половины десятого он оказался в конторе «Хедвин, Маннус и сын» в Пирмонке. Линкольн Хедвин, старший партнер, принял скотовода с севера сразу. Представившись, Гален объяснил, какую позицию в деле, по которому он пришел, занимает Ленгфорд Райнхарт. Он рассказал о смерти жены хозяина поместья и упомянул, что деньги, полученные ею в приданое, помогли ей и Ленгфорду купить землю, на которой они построили ферму. В конце Гален сообщил о притязаниях братьев Элен Райнхарт на их поместье. Хедвин уточнил кое-какие детали и спросил, где точно расположена ферма.