Книга Сразу и навсегда! Уйти по-английски, страница 5 – Ирма Гринёва

Бояна уже было открыла рот возразить на эту несправедливую тираду, но на её руку под столом успокаивающе легла рука ведущего архитектора Тодора⁷ Радковича, который еле слышно шепнул ей на ухо: «Лучше промолчать». И она заткнулась. Начальник ещё некоторое время зло позыркал на неё из-под насупленных бровей и вскоре закрыл совещание.

— Ну, что? С боевым крещением тебя! – весело поприветствовал Бояну зашедший после совещания к ней в кабинет ведущий архитектор.

— Я не поняла, Тодор Радкович, что это было?

— Привыкай, деточка! (Тодор Радкович, как самый пожилой и уважаемый сотрудник фирмы, всех немногочисленных женщин-сотрудниц называл «деточками». И никто на него не обижался, поскольку никакой издёвки в его словах не было, а только отеческая теплота). У Шаха сегодня плохое настроение.

«А ведь и действительно, Шах, – подумала Бояна, – точно назвали!» Густые усы сливаются с кудрявой бородой. Из-за вечно нахмуренных бровей не разобрать даже цвет глаз. Не терпящий возражений деспот и самодур. Шах, да и только!

— Я что, действительно, предложила полную ерунду?

— Вовсе нет! Давай вместе поработаем?

Позже, когда идея Бояны реализовалась на бумаге, и Тодор Радкович утверждал изменения в проекте у Дамьяна Натановича, ведущий архитектор не преминул заметить, что это оригинальное решение предложила Бояна, на что начальник предпочёл никак не отреагировать.

Тодор Радкович и Бояна с тех пор сдружились, и часто решали проблемы в тандеме. А на совещаниях Бояна старалась помалкивать. Но грозный начальник умудрился съязвить и на её молчание:

— А что же это молчит наша всезнайка? Идеи закончились? (Его уже, честно говоря, достали до печёнок постоянные восхваления «умницы-девочки» со стороны Тодора Радковича, которого он ценил и уважал, а потому, возражать не смел, только недовольно хмыкал)

— Почему же закончились?

— Так поделитесь, будьте так добры! А то под Вами стул от нетерпения уже дымится.

Бояна еле сдерживалась, излагая своё предложение, а Дамьян Натанович только презрительно ухмылялся. Тодор Радкович еле успокоил девушку после совещания – дослушал до конца, позволил обсудить и даже принял – это ли не прогресс? Ну, а то, что ведёт себя, как неандерталец, так это издержки воспитания.

Но Бояна решила, что хватит ей уже вести себя безропотно. Сколько можно это терпеть? В конце концов, она себя не на помойке нашла. Начальник, даже когда молчал, умудрялся делать такое выражение лица, что у Бояны было долго кисло во рту после каждого общения с ним. И она пошла поговорить с ним по душам, чинно записавшись на приём у секретаря Цветанки.

Дамьян Натанович очень удивился, когда к нему в кабинет зашла «по доброй воле» Бояна. Но человеческая эмоция слишком быстро промелькнула на его лице, сменившись каменным сарказмом:

— Чему обязан?

— Дамьян Натанович, Вы не довольны моей работой?

Начальник ничего не ответил, неопределённо передёрнув плечами. Бояна подождала немного, и так и не дождавшись ответа, продолжила:

— Я не понимаю, почему Вы в штыки принимаете любое моё предложение. Я же стараюсь для общего блага.

— Значит, мы Вам обязаны своим благополучием?

— Вы всё передёргиваете, – начала терять терпение Бояна.

— Общие слова, – отмахнулся от девушки начальник. – Вы тратите моё время на пустую болтовню. Когда будет конкретный вопрос – приходите. Вы свободны.