Онлайн книга «Запомни меня такой… А это зависит от того… И этим всё сказано. Пришвартоваться в тихой гавани»
|
Джейн окончательно сбилась с пути и замерзла. Ветер играл с ней, как с мячиком. Острые иголочки метели больно кололи лицо, и девушка непроизвольно старалась поворачиваться к ветру спиной, а потому кружила и кружила, пока не провалилась в глубокий снег. Там она свернулась клубочком, и холод как будто отступил, уступив место какой-то блаженной полудрёме. А потом её отрыл из сугроба медведь и начал больно царапать ногтями её кожу… Бьорн заметил свернувшуюся клубочком около поваленного дерева Джейн и сначала даже побоялся радоваться такой удаче. А когда понял, что она ещё жива, уже и радоваться было некогда. Он энергично растер её холодные ладошки, ступни и лицо снегом, пока к ним не прихлынула кровь, поднял Джейн на руки, прижав к своему телу, завернул в широкие полы дохи и широкими шагами понёс свою драгоценную ношу домой… «Странный медведь… Куда-то тащит… Наверное, хочет съесть в берлоге… Ну, и хорошо… Зато мне тепло…», – обрывки мыслей метались в голове Джейн… Дома Бьорн заставил жену проглотить несколько обжигающих глотков виски, раздел её до нага, разделся сам и, соорудив кокон из одеял для них двоих, залёг в него, как в берлогу, и начал согревать Джейн своим телом. Метель ещё сильнее завывала за окном, но теперь она была абсолютно не страшна. Пусть хоть ещё неделю бесится. Джейн с ним, в тепле, жива… Среди ночи Бьорн проснулся от духоты. Он развернул одеяла и понял, что жена пышет жаром… 6 Джейн провалялась в горячке трое суток. Иногда Бьорну казалось, что её тело не выдержит, просто растечётся горячей лужицей и испарится. Вот она была, Джейн, и нет её, как будто и не было… Он уже и сам не понимал: день сейчас или ночь? И сколько прошло времени с тех пор, как он откопал её в лесу? А на четвертый день Бьорн проснулся рано утром от тишины: метель, наконец, закончила свои завывания, за окном светило солнце. И Джейн перестала метаться и стонать, зовя в бреду какого-то Матео. Бьорн так устал, что даже на ревность у него сил не было. Он с опаской дотронулся до лба Джейн и с облегчением понял, что жар спал и теперь жена вне опасности. Она тихо и мирно спала, кожа её, наконец, прибрела свой естественный оттенок вместо свекольно-красного горячечного, а тело перестало биться в конвульсиях. Бьорн переодел Джейн в сухую одежду и отправился на кухоньку готовить еду. И ещё было у него одно дело, которое необходимо было завершить к моменту, когда жена окончательно встанет на ноги… Джейн проснулась днём, почувствовав страшный голод, с большим трудом сползла с кровати – тело было слабым и непослушным, доковыляла до кухоньки и рухнула за стол. Бьорн с чем-то возился в углу. Он молча поднялся, достал из печи и поставил перед Джейн ароматно пахнущую похлебку в горячем котелке. Она так проголодалась, что хлебала её ложкой, не чувствуя, что обжигает губы и язык. А потом поползла обратно в кровать. Бьорн так ей ничего и не сказал. А с каким выражением сверкнули его глаза при взгляде на неё, она не поняла – он так сильно зарос, что волосы сливались с бровями, а потом плавно переходили в усы и бороду. Но у Джейн пока не было сил о чём-то думать и анализировать. Так хотелось спать, как будто она провела в бессоннице целую неделю. 7 А утром следующего дня Джейн встала бодрой и энергичной. Если бы не сильная худоба её тела, она бы вообще решила, что её побег и метель ей просто приснились. Бьорн уже был на ногах и даже одет для похода в лес. Он как-то странно посмотрел на Джейн, нахлобучил шапку и ушёл, хлопнув дверью. |