Онлайн книга «А сколько ещё неизведанного! Найду! Обниму! Не отдам никому! От ненависти до любви и обратно. Что обещает её лицо»
|
— Если они Вам не нужны – отдайте их мне! — Как это? – растерялся мужчина. Что-то слишком часто эта девица своим поведением ставит его в тупик. — Очень просто: заключим фиктивный брак, оформим усыновление-удочерение, а потом разведемся через какое-то время, и дети останутся со мной. Вы не думайте, мне от Вас ничего в материальном плане не нужно, – торопливо заговорила Светлана, видя, что мужчина уставился на неё с подозрением в глазах, и ужасно боясь, что он сейчас встанет и уйдёт, сочтя её за меркантильную охотницу или сумасшедшую. – У меня хорошая работа с приличной зарплатой и квартира большая. Я могу сразу детей к себе забрать. И я не сумасшедшая, могу справку показать о психическом здоровье. Хотите? Я ведь тоже здесь в Управлении опеки была. У меня все документы годятся для удочерения, только вот мне шепнули, что лучше быть замужем, чем одной, так больше шансов усыновить ребёнка… Мужчина смотрел в молящие голубые глаза девушки, в которых растаяли острые льдинки, превратившиеся в голубые озера, которые вот-вот выйдут из берегов и потекут горячими ручьями по щекам и думал: «Сегодня я холостой, а завтра и жена и двое детей в комплекте… Однако…», а сам сказал: — А знаете, Ваш совет сказать, что мама Алёнке просто приснилась, помог. Она нам с Толей такую истерику закатила, когда проснулась, только этим и успокоили. Долго грустила потом, но хоть не ревела. И Светлана поняла, что озарившая её идея не отвергнута с ходу, а, значит, у неё есть шанс дожать её до победного конца. Весь её профессиональный опыт говорил об этом. А если всё время получалось на работе, то получится и сейчас. Не может не получиться! И она с радостной улыбкой протянула мужчине руку для скрепления сделки рукопожатием: — Светлана — Вадим — Что ж, давайте знакомиться, Вадим! 5 При знакомстве ничего особо интересного они друг о друге не узнали. Если не брать во внимание мужской и женский род, всё остальное было как под копирку: рождение – школа – институт – построение карьеры – квартира и машина есть – ранняя потеря родителей – семейной жизни не пробовали – собственных детей не имели. Последнее Светлана знала точно, а у Вадима по этому поводу были некоторые внутренние сомнения. Оговорили также принципы совместного существования: на основе добрососедства, уважения и невмешательства в дела друг друга, свободу в интимном плане, но без демонстрации её перед детьми. Юридические вопросы оформления брачного договора и в дальнейшем усыновления-удочерения Вадим взял на себя, вернее, обещал взвалить на своего юриста. Светлана тоже могла бы привлечь кого-нибудь из юридического отдела со своей работы, но, поскольку не хотела распространяться об истинных причинах столь быстрого появления «мужа» и детей, её это устроило. А с брачным договором она и сама разберётся. Проговорили и ситуацию с проживанием. У обоих были трёхкомнатные квартиры близко к их местам работы, но решили не дёргать детей, которые уже более-менее привыкли к квартире Вадима, да и размерами она была побольше, чем у Светланы, так что ей предстоял переезд. О своём загородном доме и о том, что бизнес свой, собственный, Вадим решил не упоминать. Меньше знает – на меньшее будет рот разевать при разводе. Ужас накатил на Свету уже дома: «Ой, мамочка, мама, во что же я вляпалась!?!» Она лежала без сна, и страх перед новой неизведанной жизнью вперемежку с составлением планов на завтрашний день и перспективу мешал заснуть. Столько всего предстояло продумать и сделать! Начать придётся с тяжелого разговора на работе с Владимиром Витальевичем. Одно дело быть одиночкой и всю себя посвящать работе, и совсем другое обзавестись, пусть и не совсем нормальной, но семьёй. Потерять работу не хотелось, ведь потом ей предстояло самой поднимать двоих детей. «Боже мой, как же мне подступиться к Толику? Алёнку я уже люблю. Если не смогу полюбить и мальчишку, будут очень-очень большие проблемы…» Мысли так и перескакивали с одного на другое. А когда в сердце заползал холодок страха, она вспоминала ощущение доверчиво прижавшегося к ней тела Алёнки в собственных объятиях, и страх отступал, таял на глазах… |