Книга Вот как-то так, страница 6 – Ирма Гринёва

«А можно получить развёрнутый ответ?

— Простите, но Вы сами сформулировали так вопрос, что он предполагает короткий ответ.

— Пожалуйста, ответьте подробнее, — попросил умоляюще молодой человек (видимо, от выполнения редакционного задания что-то в его жизни или карьере зависело).

— Ладно. В общем и целом я ответила, тогда выскажусь конкретно, что касается лично меня. Пожалуй, так — три основных положительных момента и три отрицательных. Я, как внучка военного, как дочь военного, как сестра военного и как племянница военного, могу до земли поклониться Владимиру Владимировичу за то, что поднял с колен нашу армию. Я безоговорочно поддерживаю возвращение Крыма. Я благодарна за то, как изменилась наша жизнь просто на бытовом уровне. Я помню разруху, царившую в нашей стране, пустые полки магазинов, задержки зарплаты, танковые заводы, перешедшие на выпуск кастрюль. А сейчас, согласитесь — это же небо и земля! К отрицательному я отношу мизерные пенсии, упадок в здравоохранении и ужасающее состояние нашего образования. И, если в здравоохранении, спасибо пандемии, мы остановились в шаге от пропасти и есть надежда, что благополучно отползём, то в образовании… Не знаю, какую бы придумать… катастрофу, какой катаклизм, чтобы мы очнулись и вернулись к советской системе образования. На новом уровне, конечно, но обязательно с функциями образования как воспитательного процесса, так, как это было в наше время. Вот как-то так.

— То есть, если я правильно Вас понял, будь выборы президента сейчас, Вы бы проголосовали за Путина?

— Не совсем так. Я вообще против выборов президента…

— Как это? — растерялся интервьюер.

— Вы знаете, я глубоко убеждена, что русский… вернее, российский народ в глубине души остался приверженцем монархии. Отсюда и вертикаль власти, которую выстраивает наше государство, и популярность прямых линий с президентом, когда ему задают вопросы и о глобальной политике, и о перегоревшей лампочке в подъезде. Мы нашего руководителя, вождя, если хотите, всё равно воспринимаем как царя-батюшку. «За веру, царя и Отечество!» в период Великой Отечественной войны сменилось на «За Родину, за Сталина!». Да, исчезло значимое — «За веру», но остальное ведь ничем, по сути, не отличается. Мне кажется, что нам пора перестать стесняться, что у нас монархия, открыто это признать, и заявить всему миру. Нормальная конституционная монархия в отличие от карикатурных монархий Великобритании, Швеции и так далее. Просто нашей огромной стране по-другому существовать невозможно. Поэтому лично я пойду голосовать только тогда, когда наш царь — Владимир Владимирович, сам решит отойти от власти, и нам придётся выбирать нового царя. Вот как-то так…»

Последнее, что сказала Валерия Евгеньевна, это то, что касается монархии, её неизбывной ценностидля укрепления и процветания России, неизбежности такого её исторического пути, кармы, если хотите, так было созвучно мироощущению Олега Петровича, хотя он и не мог, как депутат Государственной Думы, озвучивать свои мысли, а терминам «монархия» и «царь» предпочитал «империя» и «государь», что он отложил все свои дела, и остался ждать Валерию Евгеньевну, перебазировавшись в её 403-ю гримёрку.

Пока Олег отсматривал видеосюжет, реклама на канале закончилась и началась вторая часть программы. Посвящена она была вакцинации. Тема уже давно навязла в зубах и потому была глубоко не интересна Олегу. Для себя он решил так: если партия прикажет — сделаю, а пока «погодю», лучше буду тщательно соблюдать гигиену. Все выступления на эту тему, как правило, сводились к тезису — вакцинация нужна, но добровольная, что для нашего народа звучит так: стой там, иди сюда.