Книга Сегодня, а ещё лучше – вчера! Свадебный хоровод Созвездий, страница 9 – Ирма Гринёва

Вот с кем им не помешало бы поделиться своим здоровьем, так это с графом Айгизаром. Граф явно был не здоров. Он еле выдержал быстрый вальс, который танцевала с ним Мэрисела. В конце он сам признался, что, видимо, простудился в дороге, и попросил разрешения у принцессы покинуть бал. Мэриселе было искренне жаль беднягу. Она предложила ему услуги их лекаря, но граф отказался, сославшись на то, что в его свите присутствует лекарь из Серпентии.

Самым загадочным из принцев оказался принц Кайонэ¹⁵ из Восточных земель. Его смуглая кожа, казавшаяся опалённой солнцем, раскосые глаза, в которых нет-нет, да и чудился проблеск огня, а главное – гордый, независимый, но при этом не высокомерный вид, всё привлекало Мэриселу. Ей хотелось разгадать его загадку, поэтому она невольно задерживала на нем свой взгляд. Почему-то ей казалось, что её сегодняшняя маска не стала для принца Кайонэ препятствием, и он видит её насквозь. А вот ей познать его суть так и не удалось. И также у неё не было никаких предположений – как же он к ней относится?

Ну, что ж! Завтрашний бал, последний в этом году, на котором принцы будут делать ей предложения руки и сердца, он всё и расставит по местам. А пока Мэрисела спешила к отцу, чтобы поделиться с ним парочкой забавных моментов, которые произошли на балу. Он же ещё не знает, что она сегодня утром сделала первый шаг к полётам!

¹² – в переводе – «тот, кто долетит до Луны»

¹³ – в переводе – «вечный, бессмертный»

¹⁴ – в переводе – «ребенок, которого обойдут стороной болезни, а злые силы не причинят ему вреда»

¹⁵ – в переводе – «родившийся в огне»

7

— Ты не переусердствовала с образом? И хромая, и седая, и морщинистая! – встретил дочь вопросом король Фроуд.

— Что поделаешь? Годы берут своё! Шестнадцать, как-никак! Старею! – ответила с притворным сожалением Мэрисела, и сама же не выдержала, рассмеялась своей шутке.

Но король шутку дочери не подхватил. Задумчиво постучал пером по бумаге, которая лежала перед ним на столе, вздохнул и отошёл к окну. Мэрисела подошла к отцу, приобняла и с тревогой спросила:

— Папа! Что-то случилось?

Отец и дочь были самыми лучшими друзьями и, как правило, ничего друг от друга не скрывали. Ведь их всего две родных души было на всём белом свете. Мэрисела прекрасно знала весёлый и добродушный папин характер. И если, уж, он так тяжко вздыхает, значит, наверняка случилось что-то плохое. Мэриселу это встревожило.

— Тебе пришёлся кто-нибудь из принцев по сердцу? – предпочёл не отвечать на предыдущий вопрос Фроуд, задав свой.

— В общем-то – нет, – ответила Мэрисела, а у самой в это время перед внутренним взором мелькнуло лицо принца Кайонэ, – Да и выбора особенного не было. Всего четыре принца.

— Да, я знаю. Это я их пригласил. А остальных желающих убедил приехать в следующем году.

Мэрисела расстроилась:

— Что же ты меня не предупредил, что мы ждём особенных гостей? Я бы не стала устраивать переодевание. Я всё испортила?

— Для тех, кого я рассчитывал увидеть, твоя внешность не должна иметь никакого значения. Пойдём, дочка, сядем, я тебе кое-что расскажу и покажу.

Они переместились за стол, и король Фроуд начал свой рассказ опять с вопроса:

— Сколько королевств в нашем мире ты, конечно же, знаешь – триста шестьдесят девять. Но так было до последнего времени. А недавно их стало триста семьдесят. Король Бонифас разделил своё королевство пополам между двумя сыновьями-близнецами. Его можно понять – дети родились одновременно, можно ли измерять первородство одной-двумя минутами? Запомни эту цифру, дочка. Позднее я тебе разъясню её сакральное значение. А сколько принцев и принцесс знаешь?