Онлайн книга «Рондо на тему любви. Ради счастья, ради нашего, если мы хотим его… Любовь стоит того, чтобы ждать»
|
— Мне надо тебе признаться кое в чём… У меня были отношения с Виктором, ну, ты знаешь, победителем «Танцев до упаду»… Это когда мы были в гастрольном туре… И ещё потом здесь, в Москве… А потом он уехал, вернулся домой, в Барнаул… А я полетела в Берлин… Ну, и вот… Встретила там тебя… — Но сейчас же у вас с ним всё? — Я тоже так думала… Он мне письмо прислал, что я ему нужна… И я не знаю… Даже на искажённом скайпом изображении было видно, как изменился в лице Петя. Он отодвинулся от монитора, помолчал, а потом произнёс: — Придётся решать – я или он. И сделать это можешь только ты сама. И отключился. 2 Маша промучилась всю ночь. Как говорят в таких случаях? «Слушай своё сердце». Но чем больше она пыталась вслушиваться в себя, тем больше запутывалась. Сердце и душа разрывались и за Петю, и за Витю. Единственное, что Маша поняла под утро, это то, что не ехать в Барнаул она не может. В Домодедово Машу провожал Антон. Билет на самолёт оказался дешевле билета на поезд и её премиальных, на которые расщедрился герр Борк, как раз на него хватило. Маша посчитала это знаком того, что она приняла правильное решение. Только вот эту её убеждённость явно не разделял Антон. Он хмурился и сердито сопел всю дорогу. И раскрыл рот уже только тогда, когда Маша подошла к паспортному контролю, где им надо было расстаться: — Ну, и дуры же вы, бабы! А ты, Машка, в квадрате! Маша смотрела на его сгорбленную удаляющуюся спину и до неё, наконец, дошло, что он до сих пор любит её… И она тоже его любит… как брата, как друга, который и порадуется её успехам и поможет в трудную минуту и советом и делом. А вот кто для неё Виктор было пока не ясно… Если она ещё и об этом будет переживать, так можно и умом тронуться. И она поспешила на посадку, решив вообще ни о чём не думать… Будет день – будет пища для размышлений… Барнаул Виктор тепло встретил Машу, как будто вернулись те дни в мае, когда они были на гастролях, и не было между ними месяцев напряжённости и отчуждения. И погода в Барнауле стояла хоть и прохладная, но солнечная. Дома Виктор был совсем другим, чем в Москве. Он щедро дарил Маше свой родной город, как когда-то это делал Пётр (Нет-нет, сейчас не надо об этом вспоминать… Надо сосредоточиться на здесь и сейчас…) Они бродили от современных зданий порта на берегу реки Барнаулки, очень напоминающие небоскрёбы Москва-Сити, до исторически-основательного Знаменского женского монастыря. От забавных памятников Влюблённому и Скамье желаний до философских Василию Шукшину, родившемуся в Алтайском крае, и Виктору Цою, который здесь никогда не был, а поклонники были, есть и будут (они-то и собрали деньги на установку ему памятника). Маше прямо в сердце запали слова, выбитые на памятнике: «Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать…»18 А ближе к вечеру Виктор повёл Машу в закулисье Алтайского театра музыкальной комедии, где он служил и чувствовал себя королём. Маша чётко это ощутила. Сотрудники почтительно здоровались с ним, а женская половина подозрительно и не очень дружелюбно косилась на девушку: «Кто это там, рядом, с нашим властителем?» Когда Маша сидела уже в зале и смотрела зажигательную Сильву , поневоле прикидывала на себя то, что делали артисты балета, поскольку места их работы, у Вити настоящей, а у Маши будущей, практически совпадали. |