Книга Двенадцать железных цепей, страница 114 – Яна Лехчина

Снова десятки глаз – в её сторону.

Как же, должно быть, её сейчас ненавидел Дикий двор.

— Э-э. – Ольжана обвела зал взглядом. – Прозвучит странно, но… – Она вздохнула. – Слушайте, по большей части, мне всё равно.

Она тоже встала, потому что показалось странным оставаться на месте, раз стоял Йовар и то и дело поднимались другие чародеи Драга Ложи.

— Если бы не эти разговоры о схожести чар, я бы и не подумала на Дикий двор, – призналась она. – Но о чём я действительно думаю, так это о том, что это всё пора заканчивать.

Она развела руками:

— Честное слово, это… становится невыносимо. – Она снова обежала зал взглядом. – Ладно я, сама не без греха и по глупости всему поспособствовала, но другие жертвы чудовища ни в чём не провинились. И я рада, что вы все здесь собрались. Возможно, мы не узнаем сегодня, кто стоит за этим, но мы решим, как это остановить?

Ольжана отметила: сейчас она не боялась. Пусть говорила и двигалась, как простодушная девка, – ну и что теперь? У неё были дела поважнее.

— По поводу Дикого двора. – Она заставила себя посмотреть на их скамью. – Раз уж вы правда дали мне время выговориться, я воспользуюсь. Нет, я не думаю, что это сделал Йовар. Если бы он захотел мне отомстить, он бы нашёл мою семью в Борожском господарстве и вынудил бы меня вернуться. Я могу ошибаться, но, если бы уж Йовар и вправду решил со мной рассчитаться, это наверняка случилось бы на его земле, в Чернолесье. А если дело не во мне – выпускать чудовище, чтобы и ребята оказались под подозрением?.. Сомневаюсь.

Она стала загибать пальцы.

— Юрген мухи не обидит. Моё бегство могло задеть Хранко, но он рассудительный, не стал бы ввязываться в такое безумие. С Бойей мы дружили – зачем ей создавать чудовище? Все они здравомыслящие и наверняка бы догадались, к чему всё придёт. Якоб… Ох, мой побег явно не то, что толкнуло бы его на зверство. Была и была, не стало так не стало. Даже лучше, в тереме место освободилось. – Ольжана покачала головой. – С Чарной – похожая история. Всё это бессмысленно. И если вы думаете, что они могли действовать сообща, так скорее бы начали отговаривать друг друга, а не строить козни. Я росла с ними, я знаю, что они осторожны – и никогда не любили мучить людей, как ученики Нимхе.

Ольжана оглянулась.

— Простите, я мало знаю про Валду и Пятро, но им-то я точно никаким боком. – Пожала плечами. – Поэтому… да, всё это дело выглядит запутанным. Так, может, лучше сначала обезвредить чудовище? А уж потом разбираться, что к чему?

Она прокашлялась. Вернулась на скамью.

Лицо обдало волной жара.

Руки затряслись. Успокойся, велела она себе. Всё закончилось. Всё сказала.

— Обезвредить, – повторила госпожа Кажимера эхом. – Да, мы говорили об этом. Пан Авро?..

— Чудовище нужно изловить, – согласился тот. – Но я думаю, ты меньше всех обрадуешься, если мы будем ловить его на живца.

— То есть… – У Ольжаны ещё горели щёки. – Поймают его не сейчас?

— Если мы запрёмся в Тержвице, – сказала госпожа, – и будем ждать, когда оно к нам приплывёт, не исключены жертвы. Чей-то ученик или ученица. Крестьянин из села неподалёку. Или ты сама. Никогда ведь не узнаешь, откуда оно нагрянет.

— Мы должны подготовиться, – объяснил пан Авро.

У Ольжаны сердце пропустило удар.

— Как? Сколько времени это займёт?