Онлайн книга «Полуночный охотник»
|
Нежата шагнул к ним навстречу, открыл рот для приветствия… и упал как подкошенный. Воздух наполнился мельканием и свистом. Новогородцы, ничего не понимая, падали один за другим. Одни уже бились в корчах на траве, словно выброшенные из сетей рыбы, другие хватались за оружие, силясь увидеть врага… А маленькие стрелы – или длинные шипы – все летели и летели, жаля незащищенную кожу… Двенадцать старцев спокойно стояли и смотрели, как чужаков становится все меньше. Мелькание шипов прекратилось так же быстро и внезапно, как и началось. Вскоре из двадцати с лишним человек, сошедших с корабля, на ногах остались только спокойный Жмей и ошеломленный Тучка. — Вы что творите, почтенные? – воскликнул он, когда к нему вернулся дар речи. – Разве так гостей встречают?! — То гостей, – степенно ответил стоящий впереди старец. – А эти – кто? Кого ты к нам привел, мерянин? — Я никого не приводил, я лишь толмач! Вон, его спрашивайте! Тучка хотел указать на Жмея, но тот уже поднимался по склону. Подошел к старцам, низко поклонился. Старший кугыз шагнул вперед и обнял его, глядя на мрачного мещёра с любовью и гордостью. Да и тот, оставив обычную угрюмость, сиял радостной улыбкой. — Ах, вот, значит, как! – возмущенно завопил Тучка. – Так вы нарочно… Ну, теперь по всему миру слух пойдет, как мещёры с купцами обходятся! Старец презрительно посмотрел на жреца, затем перевел холодный взгляд на беспамятного Нежату. — Он не купец. Если мы живем в лесу, это не значит, что мы ничего о мире не знаем. Этот молодец – ушкуйник, бродячий хищник на службе у новогородского веча. Такие шастают по чужим землям на своих лодьях с малым войском, выискивая, где можно расторговаться, а что – забрать так… А потом, приглядев место, возвращаются и ставят крепость! И лесным людям приходится уходить… — Да не все уходят, – попытался возразить Тучка, – вон, у нас на Неро меряне вперемешку со словенами живут… — Тот, кто помнит обычаи дедов, не станет мешаться с чужим племенем! Не станет есть нечистую пищу, не возьмет нечистой жены… — И откуда бы пойти слухам о купцах, если рассказать будет некому? – хмыкнул Жмей, стоя рядом со старцем. — Погоди, сын, – положил руку ему на плечо кугыз. – А ты, жрец… Ты хоть и впал в скверну, но все же чтишь Шкая, поэтому мы тебя пока оставим в живых. Может, боги согласятся принять твое раскаяние… Тучка поглядел на валяющиеся тела, вздохнул и промолчал. Когда из лесу полетели ядовитые стрелы, несколько человек еще оставались на корабле. Кофу задержала болотная девочка: никак не хотела сходить на берег. И нойда с Лишним, которые вовсе туда не собирались. Кофа уже хотел вступить на сходни, как вдруг его кто-то дернул за рукав, и раздался тонкий голосок: — Кофа-атяй! — Она заговорила?! – воскликнул хазарин. – Лопарь, гляди, тут чуд… В тот же миг в щеку Кофы воткнулся шип. Взгляд его тут же остановился, изо рта потекла слюна. Он мешком рухнул на палубу. Девочка, лишь взглянув на шип, мигом нырнула в реку и исчезла. Нойда схватил Лишнего в охапку, заставил спрятаться за бортом. Не сводя глаз, он смотрел, как из леса выходят воины-мещёры, как начинают обыскивать тела новогородцев, хотя те еще шевелились… Старики окружили Жмея, явно говоря ему слова похвалы, – а тот гордо улыбался, как вернувшийся из похода герой. Ничем не напоминая того угрюмого мстителя, каким прикидывался на берегу Нерлеи. Будто даже помолодел… |