Онлайн книга «Мир фантастики 2010. Фактор города»
|
Сопляк кивал, плечи тряслись. Дрожит? Плачет? А хрена ли сейчас разбираться! — Пошел, скотина! * * * — Они его забрали, наверное. Забрали. Я не знаю, что с ним сделали, – Валёк захлебывался слезами, тыкался носом в грудь господина директора. Антон Игоревич обнимал глупого мальчишку. Молчал. Вокруг толпились воспитатели Пансиона, учителя и охрана. Но Валёк видел только метнувшийся тогда навстречу свет фонаря. Слышал только собственное сиплое дыхание. А помнил – помнил просвистевший над плечом камень. И крик: «Вон пансионский! Бей чистюлю!» И визг тормозов. Как будто мотоцикл въехал в нечто мягкое… — Я даже имени его не знаю! А он ведь меня спас, спас, спас! А они его… — Они разберутся, – спокойно и внушительно произнес наконец Антон Игоревич. – А ты, надеюсь, понял, что сеть Пансионов, предназначенная для защиты будущего науки… Валёк слушал – и не слышал. Там, где-то там, страдал его бесстрашный защитник. А он, надежда и гордость… Он струсил. Сбежал. Бросил того парня. Трус. Мерзкий, подлый трус. * * * Ромке было хорошо. Кайф приятной волной разливался по телу, где-то хрипел дешевый радиоприемник – а вокруг сидели свои. Все свои. И Сольпуга. Мало ли кто там у него батя – а сын вот он, здесь. Не в Пансионе трескает харчи за наш счет, как этот… Валуеву поверили. Чего ж не поверить – чистюлю показал, камень в него кинул, а что ногу подвернул – с кем не бывает? — Ты дурак, – степенно втолковывал Сольпуга, прихлебывая пиво из оранжевой банки. – Видишь же – мы едем, ну и отползи себе в сторонку. Мы б этого козла… — Я его… ик… сам… в порошок, когда встречу… ик… падлу… – Ромка преданно глядел на Сольпугу и сам верил в то, что говорил. Ведь несправедливо же: мы сдохнем, а этот вихрастый будет жить. Долго. И счастливо, вот ведь обидно! Козел. Гадина! Ромка плакал, тиская жилистую, вислогрудую девку, и та ревела вместе с ним. За компанию. Александр Прокопович Земляки УКонстантина туфли всегда блестели так, будто, если их поверхность потускнеет, у него начнутся проблемы с дыханием. Когда мы с ним познакомились, блестели только туфли. В сантиметре от них начинались замызганные джинсы, еще выше – все было только хуже. Сейчас он блестел от подошв до самого потолка своего немаленького офиса. — Марк, как твои дела? Как Элли? И зубы у него были тоже блестящие. И лысина блестела, отражая сотни сверкающих поверхностей его кабинета. Будь я проклят, если Константин не знал, что дела мои на нуле, а о том, «как Элли», можно с тем же успехом поинтересоваться в городской справке. На самом деле она держалась достаточно долго. Для женщины, всерьез считающей, что лучше вообще не одеваться, чем надеть второй раз одно и то же, она протянула почти бесконечность. Три месяца бесконечности, в которой не было ни путешествий, ни вечеринок… Почти три месяца – и ни единого заказа для специалиста по информации… Увы, но для управдома я еще не созрел. — Костя… Можно я не буду делать вид, что у меня все прекрасно? — То есть Элли тоже не выдержала… – Константин сощурил свои близорукие глазки, пользуясь извечной уловкой всех очкариков. Стоит им снять свои оптические устройства, как всему остальному человечеству кажется, что они трогательно беззащитны. – У меня есть для тебя клиент… Ничего особенного, с ним справился бы и специалист куда более низкой квалификации, но я подумал о тебе… |