Онлайн книга «Мир фантастики 2010. Фактор города»
|
При этом он так истово стучал себя в грудь могучим кулачищем, что я испугался за его здоровье. Остатками гаснущего сознания я понял, что если хочу выжить, то пьянку пора заканчивать. Мне не сразу удалость донести эту мысль до собутыльника, который, кажется, только вошел во вкус, но через некоторое время он внял моим доводам. — Эх, – сказал он с глубоким сочувствием, – слабое у тебя здоровье. Это все Москва ваша виновата! Ничего, поживешь тут у нас и… Глаза его снова сфокусировались на бутылке. Я торопливо сказал: — Ну, по последней – и спать. Налили по последней. — Ну, удачи! – рявкнул шериф, хлопнул стопку и побрел к своей машине. Шел он с некоторым напряжением, но, оказавшись за рулем, неожиданно приободрился и, посигналив на прощание, резво стартанул. Я подивился стойкости местной милиции и вернулся в пакгауз. Меня сильно шатало, и в голове плавала светлая муть. Литр крепкой самогонки на двоих – это был явный перебор, но я как-то автоматически налил себе еще. Застыв со стопкой в руке, я задумался: хотелось произнести какой-нибудь завершающий тост. Взгляд мой упал на блестящие поверхности нелепого паровоза, и я с пафосом провозгласил: — За тебя, Феофанов, несчастный ты придурок! Последняя стопка вырубила меня как дубиной по голове, дальнейшее помнится очень смутно – кажется, я зачем-то полез в кабину паровоза. Во всяком случае, проснулся я там, скрючившийся в жутко неудобной позе и весь закоченевший на железном полу. Сказать, что мне было плохо, – сильно приукрасить ситуацию. Руки тряслись, ноги подкашивались, а в голове перекатывались некие не вполне круглые, но сильно неудобные предметы. Возможно, это были загадочные бруньки… Вдобавок я оказался весь перемазан засохшей кровью – тряпка на руке каким-то образом размоталась. Впрочем, в кабине было чисто – похоже, рана раскрылась и успела засохнуть до того, как я влез в паровоз… Удивительно, что я не истек кровью… Выбраться из кабины было сродни подвигу – я даже не мог ругаться, только тихо постанывал. Огляделся вокруг, ожидая увидеть кровавый след, – но все было чисто. Ну и черт с ним, не до загадок… тем более, что с улицы уже доносился отвратительно бодрый голос Федора: — Але, гараж! Подымайся, Артем! Солнечные лучи из открытых ворот полоснули по глазам – я болезненно сморщился и издал слабый стон. — Что, плохо? – догадался лейтенант. – Эх, столица… А ну как я тебя сейчас поправлю! Перед моим носом появилась знакомая стопка. От запаха алкоголя меня чуть не вывернуло, в сознании смутным эхом прозвучало сакраментальное: «На бруньках!», «Як слиза!» – но было поздно – решительный шериф моментально влил в меня страшный напиток и уже подсовывал огурец. К моему изумлению, мир резко просветлел и сознание вернулось. Заботливый старлей уже подносил вторую, приговаривая, что клин надо вышибать клином и что рассолом голову не обманешь. Я уже почти не сопротивлялся, лишь вяло бормотал, что надо же работать и что Михалыч придет за машиной… — Тю, а ты разве не закончил еще? – удивился Федор. – Вроде на месте все… Я с тупым удивлением посмотрел на лейтенанта, потом перевел взгляд и увидел, что «Москвич» действительно стоит на всех четырех колесах, а домкрат заботливо поставлен на свое место под верстак. С некоторым усилием я спустился в яму и обнаружил, что новая пружина и шаровые опоры находятся на положенных им местах и все гайки плотно закручены… |