Онлайн книга «Призраки и пулеметы»
|
Сейчас у стального тела под седлом был тот же хребет, те же цепи передачи сигнала и – простительная уступка ностальгии по детству – та же грива, уже поредевшая и измочаленная, из бахромы материнского шерстяного платка, которую она пожертвовала на первый сыновний опыт. Когда он сбегал с занятий по динамике и позорно, на грани возможного, сдавал контрольные по разрядам, вместо общей программы до дыр зачитывая конструкторские трактаты, именно мать поддержала его и посоветовала барону отдать сына именно в колледж Кэнтербери, где готовили лучших механистов Англии. Теперь за плечами у Эдгара было звание первого ученика на курсе, десятки грамот и патентов и главная гордость – три абсолютные победы на скачках в классе «аристократы, механикс». Джои считался одним из лучших стальных коней в королевстве, а младший Монтгомери, сидя на нем, вполне тянул на сказочного принца, мечту любой красавицы. Хотя сам себя таковым считать не любил, предпочитая славу отличного механика и выдающегося наездника. Он подъехал к крыльцу, осторожно высвободил левую ногу из стремени и спрыгнул на землю. Навстречу ему с подобострастной ухмылкой спешил дворецкий, а по боковой тропинке, со стороны подсобки ковылял старик электромеханик. Вот уж чья улыбка была действительно искренней. Поэтому Эдгар рассеянно кивнул дворецкому на попытки немедленно проводить себя в комнаты и представить барону и дождался, пока старик подойдет ближе. — Рон, – прохрипел тот, кладя дрожащую руку на блестящий конский бок, – слежу за цепями в имении и за мобилями. А вы, должно быть, Эдгар. Новый зверь у вас, сэр? — Нет. Тот же самый. Электромеханик уважительно покачал головой, причмокнул губами, будто конь был живым, и взялся за повод. — Чем прикажете накормить? Угля насыпать? Торфа? — Мазуту залейте. Если у вас нет, так за мной следом привезут со станции, с личными вещами. Джулия украдкой смотрела на Эдгара из-за шторы. Не знала, улыбаться или хмуриться. У нее совсем не осталось воспоминаний той осени о мальчике Монтгомери, зато намертво отпечатался в памяти ворох обугленных перьев, запах горелого мяса и причитания кормилицы: «Ох, напасть какая, берегись, деточка, люди говорят – ворожба олхимическая завсегда с убийства птицы мира начинается…» * * * Вечером после ужина Джулия вновь нашла мертвую птицу. На этот раз огромного черного ворона с широко распахнутым в немом крике клювом. Он лежал на полу галереи, куда семейство с гостем вышло прогуляться перед отходом ко сну, подышать на удивление теплым для сентября воздухом. В этот раз девушка не стала кричать. Сдавленно ойкнула, рассмотрев, обо что именно она споткнулась, и схватилась за горло. Ей на мгновение показалось, что кошмары, снившиеся ей десять лет подряд, стали явью. Пред глазами поплыл багровый туман, а в уши будто набили вату. Потом в кошмарную марь ворвались крики младших сестер и громкий голос отца: — Да заберите кто-нибудь эту чертову птицу! Ро-о-он! Дьявол тебя побери! — А он тут при чем? – мало кто осмеливался вставлять слово в разговор, когда барон Тейт гневался. Одно из двух – либо Эдгар был плохим дипломатом, либо смелым не по годам. — Да потому что птицу явно ударило разрядом, – барон поднял ворона за огрызок крыла и ткнул почти в самое лицо гостю. – Значит, пробило купол над домом! А это чья вина – Рона, чья ж еще. Но и ты хорош, выскочка нашелся, а?! Помню, папаша твой так же любил якшаться с простолюдинами и защищать их! |