Онлайн книга «Призраки и пулеметы»
|
Пароходы, исторгая копоть и вращая колесами, спешат к горизонту. Ни облачка в небе, отличный солнечный денек. Так должно быть. * * * А так было: Самсоныч, юный, веснушчатый, в ателье робеет. Пахнет здесь… странно, но приятно. Смокинг. Без смокинга настоящему магу никак; спецодежда, понимать надо. В руках бывший курсант сжимает корочку диплома, свою гордость, надежду на будущее. — Добрый день, молодой человек. Чем могу? – парнишка, приглаживая тонкую полоску усиков, вежливо улыбается. — Мне бы… понимаете, диплом… — А. Конечно. One second, please! Предложенный вариант нравится. И цвет бледно-розовый, и покрой, вот только… — Что-то не так? — Тесноват, – тушуется маг. Парнишка, улыбаясь, отвечает: не проблема, сейчас все сделаем. А пока… — Не желаете ли яблочко? В этом году знатный урожай. Карина Шаинян Рука полковника Клочья тумана ползли над загаженной мостовой, путались в ногах, как живые. Они напоминали полковнику Вильямсу о мертвых джунглях, где среди белесых стволов растут только мхи, лишайники и россыпи бледных, чуть светящихся в сумраке, тонконогих грибов. Погибшие деревья в клочьях облезающей коры подпирают серое небо, корни уходят в черные лужи, пахнет гнилью и нефтью. Их отряд еле вырвался из неожиданной стычки с дикарями и укрылся в этих странных горах, куда не решались заглядывать туземцы. Вильямс трясся от лихорадки, раненая рука воспалилась и почернела, и в полубреду казалось, что щупальца тумана – живые существа, печальные призрачные звери, мечтающие о ласке. «Ты веришь, что мы теперь прокляты?» – спросил тогда Сэнди. – «Нет». – «А я – верю…» Полковник моргнул, и иллюзия рассеялась. Он снова шел по грязному переулку, такому узкому, что автомобиль пришлось оставить в квартале от места; впереди сквозь туман тускло светились огни порта. От предрассветной сырости заныла левая рука. Вильямс попытался на ходу потереть ее и вздрогнул, нащупав пустой рукав. Прошло много лет с тех пор, как полковник стал калекой, но привыкнуть к этому он так и не смог. Фантомные боли доводили до изнеможения; бром, морфий, гипноз – полковник перепробовал все, но мозг отказывался признать потерю. Однако в глубине души Вильямс знал, что ему повезло. Он оставил в тех горах всего лишь руку. Дружище Сэнди, такой веселый, такой надежный, такой храбрый Сэнди, потерял душу… Он так и не оправился с тех пор – как будто проклятие и в самом деле существовало. Сэнди покатился под уклон – и в конце концов Вильямс вынужден был… Он поморщился. Снова взвыла сирена на далеком маяке – точно так же кричала в мертвых горах неизвестная птица. Полковник что-то пробормотал под нос, и его спутник приостановился. — Ничего, ничего, – сказал Вильямс. – Так… воспоминания. — Та история в Колонии? – спросил лейтенант, бросив быстрый взгляд на пустой рукав. — Не важно, – отрезал Вильямс. – Лучше доложите еще раз, что здесь произошло. По телефону вы… — Связь была очень плохая, – слегка покраснел лейтенант. – В два часа ночи был замечен катер. Как вы и приказывали, мы позволили им выгрузиться и проследили до склада. Нас заметили, началась перестрелка. С нашей стороны потерь нет; со стороны контрабандистов – один погибший, пока не опознан, остальным, к сожалению, удалось уйти… — Растяпы, – холодно бросил полковник. |