Онлайн книга «Квантум»
|
А мне ведь даже стрелять в говоруна нельзя. Сразу понижение рейтинга и смена тела. Забросит меня в спящего на дне рытвины напарника — вот потеха-то будет… Эх, была не была! Это ж наш со мной говорит? Значит, будем общаться по-нашему. — Я сейчас встану! — крикнул я, — Без оружия! И отойду туда, куда скажешь. Только не нервничай, не стреляй. Задержав дыхание, я сделал один шаг, другой. — У меня дело действительно важное. Видишь там, на юге, идёт бой? Это лёгкий сухопутный крейсер «Борзый» кого-то накрывает. Так вот, моё задание… — тут я заткнулся. А что, если стрелок не наш? Да ну нет, с чего бы америкосы в один квадрат посылали одновременно две группы сразу? С другой стороны, почему бы и нет? Ретранслятор недалеко расположен… Может, этот неизвестный стрелок поставлен охранять ценный объект? — Ты и так сделаешь всё, что мы прикажем, — прозвучал за моей спиной другой голос, заставив вздрогнуть, — Руки поднял! Ме-едленно, и без глупостей. Я подчинился, а про себя подумал: «Ну вот, приплыли». Сейчас всё пойдёт совершенно не так, как задумано. — Поднял. — Вот и молодец, — прозвучал ещё один голос, уже третий, а в следующую секунду в затылок мне упёрся холодный ствол, — Оружие при себе есть, кроме винтовки у колес транспорта? * * * — Итак, прапорщик Сидоров… Говоришь, что до ретранслятора около десяти километров? — произнёс грубый голос у меня над ухом, — А узнал ты про него от диверсантов, которых вы убили. И всё это может подтвердить твой раненый напарник, которого ты оставил в укрытии. Я всё верно повторил? — Уф-ф-ф, — тяжело дыша, ответил я и сплюнул кровь, — Так точно! Вот уже десять минут меня усиленно допрашивали командир группы и еще один боец из его команды. Причём допрос шёл жестко, с применением ножа и пассатижей — я уже думал, что не выдержу. Единственное, что мне помогло выдержать — это знания, что я в чужом теле, и что для меня уж точно смерть не конечна… Правда, в какой-то момент появилось сильное желание рыпнуться, чтобы меня вконец пристрелили. И тогда большой шанс, что я бы вселился в тело кого-то из этих. Правда, они здоровы и совсем не пришиблены, а Система любит слабые разумы. Спящие, контуженные… Вот за что она так со мной, а? Сдержался по одной причине — получится, дёрнусь, и убью носителя моего разума. А прапорщик всё же свой, поэтому так поступать нельзя. Да меня ещё и отец учил — «за каждую пешку надо сражаться, как за ферзя, иначе партию быстро проиграешь». — Вот же нахрен, крепкий орешек! — выругался допрашивающий, и убрал нож от моей старой раны на ноге, — Либо пиндосы научились готовить своих разведчиков так же хорошо, как мы. Либо он наш, и говорит правду. Я склоняюсь ко второму. Я усмехнулся. Все мы тут наши… — И акцента у него вообще нет, — поддакнул другой боец со стороны, — Перебежчик? — Для него же хуже, — проворчал командир, и снова спросил, — Остальные бойцы твоей группы погибли, значит? — Я уже говорил. — Шкипер, как думаешь, они и вправду завалили ту самую группу? — раздался чуть в стороне голос ещё одного разведчика, уже четвертого. — А здесь другой и не могло быть, — ответил названный Шкипером, обладатель грубого голоса, — Ну, если он говорит правду, то в целом ясно, куда пропал противник. Слушай, Сидоров, так откуда ты так хорошо запомнил дорогу к ретранслятору? Чаёк пил с ними? |