Книга Чумной Лис, страница 37 – Ольга Михайлова

Но Ицзюнь ушла в слезах.

…Едва в конце часа Козы закончился дождь, из леса показались охотники, утомлённые и разочарованные. Шелка расшитых драконами халатов, раньше колыхавшиеся на ветру, вторя движениям холёных коней, теперь мокрыми тряпками висели на сёдлах. Удача так и не улыбнулась ни принцу Чуню, ни принцу Тайфаю. Куцая перепелка, взлетевшая из-под копыт коня принца Цзяня, стала первой и единственной добычей за весь день. Принц, однако, чувствовал себя счастливым из-за своей случайной удачи: перепёлка, хоть и незначительная добыча, всё же выделяла его на фоне остальных.

Начальник судебного ведомства и двое его присных молча наблюдали за невесёлой кавалькадой. Принц Чунь, отличавшийся вспыльчивым нравом, гневно хлестнул коня плёткой. Тот взвился на дыбы, едва не сбросив седока. Принц Тайфай, напротив, сохранял невозмутимость. Он лишь слегка склонил голову, показывая слуге, чтобы тот забрал коня. Цзянь был улыбчив и благодушен.

Но что случилось? Куда делась вся дичь? Вечернее солнце робко выглянуло из-за туч, окрашивая мокрые листья в бронзовые тона. Охотники, не сговариваясь, направились к палаткам лагеря, где их ждали слуги с горячим чаем и сухими одеждами. Атмосфера была гнетущей. Сам факт неудачи был неприятен, но куда больше досаждало сознание упущенной возможности проявить себя перед императором.

Поляна зашипела треском разожжённых егерями костров, вокруг которых собрались уставшие охотники. В отблесках пламени раздосадованные лица принцев казались ещё более унылыми. Ли Тайфай лениво обсуждал причины неудачи с егерями братьев. Как могло случиться, что лес точно вымер? Даже птицы смолкли, а олени исчезли, как дым над костром.

Старый егерь Мао хмуро покачал головой.

— Странно это, ваше высочество. Молодой господин Хань, что на запад ходил, достал косулю. Хоть на пустоши их никогда не было! А восточные отроги всегда зверьём кишели. А сегодня тишина такая, словно все повымерли. Не иначе Проклятый лис шалит.

Принц Чунь смерил его скептическим взглядом и усмехнулся.

— Лис? Его видели, что ли?

Мао пожал плечами и потёр шершавые руки о грубую ткань штанов.

— Никто не видел, господин. Но говорят, где он пройдёт, там пропадает всякая охота. Старые люди сказывали, что он предвестник всяких напастей. Шерсть у него словно огненный пепел, глаза нечестивы, а от дыхания вянут цветы и сохнет трава.

Принц Тайфай, стоявший у дерева, поморщился. Истории о лисе передавались из уст в уста, встреча с ним сулила несчастья всему городу, а то и целой округе. Каждый невольно проверил, на месте ли обереги, плотнее запахнул халат, словно это могло защитить от невидимой опасности.

Ли Чунь усмехнулся, отхлёбывая из фляги.

— Чушь собачья. Просто зверь чует приближение зимы, вот и забился в глушь. Рано или поздно вылезет.

Он говорил твёрдо, но в голосе его тоже угадывалась нерешительность. Даже он, закаленный в походах, чувствовал в этом безмолвии что-то зловещее. Младший брат, четвёртый принц Цзянь, молча смотрел в огонь. Он слишком хорошо знал эти земли, чтобы не понимать: происходит нечто необычное.

К костру подошёл император.

— А где принц Мин?

Охотники только покачали головами: Ли Мина никто из них не видел.

Цао Цзюньмин в сумерках он вышел из шатра и вскоре разыскал сестрицу Сун Линьсинь. Их матери были родные сестры, и потому он не опасался, что эта встреча, случись кому заметить их, породит ненужные толки. Линьсинь сидела в сумерках на раскладной лавке, кутаясь в покрывало и пустыми глазами глядя на лунный диск.