Книга Без страха и упрёка, страница 16 – Андрей Земляной

К землянке они вернулись под утро.

Копчёный сидел возле входа и курил. Увидев троих, он поднялся.

— Нашли дорогу? — спросил Копчёный.

— Нашли, — ответил Корнеев. — Через два часа подъём. До этого спать.

— А немцы? — спросил Филя.

— Тоже пока спят, — ответил сержант. — Не мешай им.

Штурмин лёг у стены, не разуваясь. Закрыть глаза он успел, но заснуть — нет. В голове снова проходили изгиб канавы, мостик, часовые и задняя дверь амбара. Через несколько минут усталость всё же взяла своё.

Разбудил его Корнеев.

— Подъём. Бегом на кухню и обратно, — приказал сержант. — Через двадцать минут выходим.

Каша была пшённая, густая и горячая. Ели молча, сидя возле ложбинки, чтобы не мешать бойцам других взводов. Чай налили из закопчённого ведра. Он пах дымом и отдавал железом, но согревал руки.

Филя быстро выскреб котелок и посмотрел на Штурмина.

— Проволоку первым ты проходишь, — сказал Филя. — Я ночью чуть не влез.

— Первым пойдёт сержант, — возразил Алексей. — Мы выполняем приказ.

Корнеев, сидевший рядом, кивнул.

— До поста веду я. Филя снимает левого часового, Штурмин — правого. Без стрельбы, если получится. Копчёный и Чума сразу проходят к амбару. Остальные за ними.

Копчёный проверил диск своего «ППШ».

— А если не получится тихо? — спросил он.

— Тогда быстро, — ответил Корнеев.

После еды отделение вернулось к землянке.

Вместе со Штурминым и Корнеевым в нём было девять человек. Семеро несли винтовки, у Копчёного был «ППШ», у Чумы — ручной пулемёт «ДП». К нему имелись три полных диска, а четвёртый, стоял на пулемёте. Гранаты выдали перед выходом: по одной Филе, Копчёному и Штурмину, ещё две нёс Алим.

Корнеев проверил оружие и распределил порядок движения.

— До канавы идём цепочкой, — распорядился сержант. — В самой канаве дистанция пять шагов. Если передний остановился, остальные не толкаются ему в спину. Чума держит пулемёт под чехлом до начала огня. Копчёный, без команды не стреляешь.

Отделение вышло ещё в темноте.

До канавы добрались без происшествий. Корнеев провёл людей по вчерашнему маршруту, нашёл проволоку и по одному пропустил всех у правой стенки. Немецкий пост возле мостика оставался на месте. Один часовой сидел в ячейке, второй стоял, обхватив себя руками от утренней прохлады.

Штурмин и Филя подползли ближе.

До начала артиллерийского налёта оставалось несколько минут. В темноте этого не было видно, но время ощущалось по неподвижности людей: никто уже не менял положение и не поправлял ремни без необходимости.

Первый залп грохнул тяжёлым раскатом. Снаряды прошли над канавой и разорвались в центре деревни. Один ударил возле школы, второй поднял землю за амбаром.

Стоявший часовой обернулся на взрыв.

Филя первым перемахнул через стенку канавы. Он навалился на сидевшего немца и ударил ножом в бок под рёбра. Почти одновременно Штурмин схватил второго за ворот, потянул вниз и насадил на клинок шеей, от чего тот сразу расслабился и мягко упал на землю.

Оба тела опустили в ячейку.

— Чисто, — прошептал Корнеев.

Копчёный и Чума прошли через мостик. Остальные двинулись следом.

Артиллерия продолжала бить по центру деревни. Снаряды ложились редко, но немцам этого хватило, чтобы покинуть открытые позиции и укрыться в зданиях.

У задней стены амбара Корнеев разделил отделение.