Книга Без страха и упрёка, страница 43 – Андрей Земляной

— Понял, товарищ капитан.

— Оружие?

— Нож, две гранаты и исправный «МП–40». Магазины обмотаю тканью, чтобы не звенели. Стрелять стану только в крайнем случае.

— При возвращении немецкий автомат несите отдельно от тела и не размахивайте им возле наших позиций. Пароль получите перед выходом. Вернуться обязаны до рассвета.

Штурмин кивнул.

— Задача ясна: установить расположение сил перед Песчанкой, дороги подхода, артиллерию и командные пункты. В бой без необходимости не вступать. Если появится возможность взять документы, воспользуюсь.

— Именно так я и запишу в журнал, — сказал Руденко. — Не «ушёл неизвестно куда по собственной инициативе», а направлен в разведывательный поиск командиром роты. Если найдёте немецкий штаб, не пытайтесь захватить его вместе с землёй и постройками. Мне нужны сведения, а не новая легенда кухонных разговоров.

— Постараюсь ограничиться необходимым.

— Вот это ваше «постараюсь» мне уже не нравится, — заметил капитан, но спор продолжать не стал. — Передайте отделение Сивому на время отсутствия и отдыхайте до выхода. Нечаев проверит снаряжение.

Штурмин ушёл к своему участку.

Сивый слушал распоряжение, сидя рядом с разобранным пулемётом.

— Пока меня нет, отделение остаётся за тобой, — объяснил Алексей. — Ночью усилишь посты, остальных уложишь отдыхать по очереди. Если начнётся обстрел или разведка полезет через балку, действуешь по прежней схеме. Руденко и Нечаев знают, куда я ушёл.

Сивый сразу понял, о каком выходе идёт речь.

— Возьми меня. Вдвоём надёжнее.

— В бою — возможно. При переходе через охранение лишний человек означает лишний звук, лишний след и ещё одну случайность. Здесь от тебя будет больше пользы.

— Я могу идти тихо.

— Можешь. Но не настолько тихо, насколько требуется сегодня. Кроме того, отделение нельзя оставлять без человека, который знает позиции и людей.

Сивый недовольно провёл ветошью по газовой трубке «ДП», но спорить не стал.

— Когда ждать?

— До трёх часов. Если задержусь, продолжаете выполнять задачу. Никого за мной не отправлять.

— Понял, — ответил Сивый. — Только вернись. Новых я ещё не всех запомнил, а один такой умный командир на отделение всё-таки нужен.

— Тогда не заставляй меня пожалеть, что оставил тебя старшим.

Ночью Штурмин вышел через сухую балку.

На нём была гимнастёрка без лишнего снаряжения, трофейный «МП–40» висел за спиной. Магазины и металлические детали Алексей обмотал полосами ткани. В карманах лежали две немецкие гранаты, пуукко оставался за голенищем, пехотный нож висел на ремне.

Он двигался медленно.

Нейтральную полосу время от времени освещали ракеты. При каждом всплеске света Алексей замирал и продолжал движение только после того, как темнота снова закрывала местность. Открытые участки обходил по складкам рельефа, не наступал на ровную землю возле дорог и траншей, где могли находиться мины или сигнальные приспособления.

Немецкое охранение стояло грамотно.

Первый пост находился у дороги. Дальше лежали несколько секретов, прикрывавших сухую балку и подходы к позициям с флангов. Часовые не ходили по одному и не торчали силуэтами на фоне неба. Большинство сидели в углублениях, слушали и лишь изредка меняли положение.

Штурмин почти двадцать минут наблюдал за сменой ближайшего поста, прежде чем нашёл промежуток.