Книга Не истинная. Нейтрал, страница 20 – Рина Чар

— Как обычно, всех, — сказала я. Ну, где-то же бывшая хозяйка принимала их чаще? Вот и узнаем, а то я сама не в курсе — не солидно. Да и на все сокровища, которые вдруг появились, нужно посмотреть хоть раз.

— Всех?

— Да, — спокойно ответила я.

— Точно? — со скепсисом уточнила девушка.

— Точно, — кивнула я серьезно. Что за бредовый диалог? Что еще за намеки? Да у нее сейчас косоглазие внезапно откроется, у меня там что, целая маленькая армия?

— Даже того, который в темнице? — неуверенно спросила девушка, а я была окончательно ошарашена: о какой темнице, мизинчиком об угол, идет речь? Мои глаза и челюсть определенно больше не будут прежними, мой внутренний мир сейчас переживает огромные противоречия и ошеломляющие открытия для невинной сказки на ночь.

— Не поняла? — вырвалось у меня, все еще в шоке. После некоторого замешательства, девочка ответила:

— Ваш любимый подопечный. В последний раз вы четко приказали: месяц без еды и воды.

Так. Еще раз. Месяц, твою та матерь! А я здесь уже сколько, около двух недель плюс-минус? Это значит, что его не кормили все это время?

— Отведи, — это все, что я смогла сказать.

— Как прикажете, госпожа.

Чтобы добраться до темницы, нужно было спуститься в подвалы, поэтому путь был довольно долгим. Я даже немного остыла от навалившейся информации и смогла переварить.

Немного порадовало, что эти… помещения были относительно чистыми и сухими. Повсюду лежал грубый камень, который от времени начал крошиться. По бокам можно увидеть объемные колонны, которые поддерживают конструкцию. На стенах, где свет от свечей, можно заметить какие-то знаки или рисунки. Сами стены были в хорошем состоянии, с небольшой копотью от световых элементов, но без плесени. Однако при спуске вниз спертый запах ощущается более отчетливо. Нашла чему радоваться, а если бы служанка не заговорила об этом? Помер бы, а я и не в курсе.

— Он один там?

— Да, это личные темницы, прилегающие к вашей замковой части.

— Такое ведь у каждого господина, да-да…

— Конечно, — подтвердила она простую истину.

— Ммм, — промычала, что-то невразумительное в ответ.

Дойдя до темницы, где был прикован молодой человек, хм, хотя нет, немолодой. Я увидела его взгляд, и он был далеко не молод, хотя внешне можно подумать об иллюзии младости, но отнюдь.

«Да он, похоже, сам в рабство записался, мазохист, что ли? Так, и что это за пенсия у меня в подвале образовалась? Пенсионный фонд успели открыть, и его назначили стряпчим? Ни единой секунды не верю, что такая древность могла быть пленена какой-то соплячкой!» — мысленно вопила я, пытаясь внешне оставаться спокойной.

Пока я проводила свои внутренние дискуссии, с меня не сводили взгляда. Всевидящее око, как два алых кристалла, сияли прямо на меня. Что это за глаза-лазеры, которые вознамерились прожечь во мне дыру? Я их чувствую за несколько метров, как будто рядом подвешен. Опасный и мутный, уже не слабо уверена, что его удерживает клеймо раба.

В его взгляде нет покорности, ни грамма, ни два. Они блестят так, что кажется, нужен огнетушитель, чтобы не испепелил своими локаторами. Я немного поежилась, очень уж что его взгляд был выразительным.

Осунувшийся, грязный, весь в ссадинах, порезах и синяках по всему телу, его алые глаза светились в полумраке, смотря прямо на меня, и не предвещали ничего хорошего. Мужчина был прикован за руки, за ноги и шеей к стене. Более того, он немного висел на цепях. Не один час или даже день. За что же его так?