Книга Любовь, которую ты примешь, страница 50 – Рина Сивая

Глава 23. Арнау Серра

Никакого удивления. Этот ход я просчитал, кажется, еще вчера после злополучного фото. Она должна была попытаться перевести все на этот уровень, и Мария это делала. Браво. Блестящая партия. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Еще до того, как она попросила, я знал, что не откажу. Не после той сцены в машине. Не после вчерашнего разговора в соцсети. Не потому, что она – выиграла. Потому что сам хотел. Господи, ну я же не чертов евнух?! Мария Солер красива, это факт. Желание поцеловать ее должно появляться у любого половозрелого мужчины, если он не слепой. И не только поцеловать. Нужно было вчера завалиться в какой-нибудь клуб и снять себе подружку на вечер. Сбросить напряжение, заменить мысль об одной девушке реальностью с другой. Сглупил. Или нет? Я медленно подошел. Медленно вынул руки из карманов. Медленно осмотрел девушку, которая уложила меня на лопатки. Красивая, зараза. И умная. Опасное сочетание. В ее серых глазах вспыхнули искры. Кажется, Мария задержала дыхание. Аромат ее духов – все те же цветы, что и в моей машине – заполнил пространство между нами. Она облизала губы, словно издеваясь над моей выдержкой. Я медленно склонился. И поцеловал ее. В лоб. Это было стремительно и аккуратно. Прикосновение моих губ к ее теплой коже длилось мгновение. Я выпрямился и отступил на шаг, восстанавливая дистанцию, которую сам же и нарушил. В глазах Марии было все – шок, непонимание, а потом… потом вспышка чистой, нефильтрованной ярости. Она выглядела так, словно я вылил на нее ушат ледяной воды. Или, что было ближе к истине, поднес спичку к бикфордову шнуру и задул ее в самый последний миг. – Что это было? – голос Солер был тихим и опасным. – Подарок, – парировал я, наслаждаясь ее замешательством. Пусть думает, что все ее ходы предсказуемы. Пусть усомнится в своей власти. – Ты просила поцелуй. Ты его получила. – Я просила не этот поцелуй! – Для будущего юриста ты слишком наплевательски отнеслась к конкретике. – Я позволил себе усмехнуться, наблюдая, как гнев заставляет ее глаза темнеть до цвета грозового неба. – В договорах, Мария, каждая деталь имеет значение. Ты оставила мне лазейку. Я ею воспользовался. Она сжала кулаки, и я увидел, как напряглась тонкая линия ее челюсти. Прелестно. – Ты считаешь это забавным? – прошипела она. – Я считаю это поучительным. Ты хотела играть в игры со мной? Пожалуйста. Но не удивляйся, если правила окажутся сложнее, чем ты предполагала. Я сделал вид, что поворачиваюсь к столу, будто инцидент исчерпан. Это был рискованный блеф. Каждая клетка моего тела была натянута как струна в ожидании ее реакции. Она не заставила себя ждать. Я услышал ее быстрые шаги, и, прежде чем я отреагировал, ее пальцы впились в мой рукав, заставляя развернуться. – Хорошо, – ее голос дрожал от сдержанных эмоций. – Учту на будущее. А сейчас я внесу поправку в наш устный договор. Она рванула меня на себя с силой, которой я не ожидал. Мой циничный комментарий застрял в горле, когда ее губы грубо прижались к моим. Это не было поцелуем. Это был акт агрессии. Захват территории. В нем не было ни капли нежности, только чистое, концентрированное возмездие.

Она кусала мою губу, ее руки вцепились в волосы на затылке, и все мое тело взорвалось адреналином. Я ответил ей той же монетой. Мои руки обхватили ее талию, прижимая к себе так, что между нами не осталось и миллиметра. Барьер рухнул. Все предосторожности, вся логика, вся профессиональная этика – все было сметено этим шквалом. Я целовал ее жадно, потому что иначе не получалось. Мстил за каждую свою ошибку, за каждый проигрыш, полученный по ее вине. И особенно – за это поражение, которое я сумел обыграть на своих условиях. Хотя бы раз в нашей с ней необъявленной войне. Шум в коридоре заставил разум включиться, но лишь на половину: дать приказ телу отпустить Солер у меня не получилось, поэтому я просто толкнул ее к двери, одновременно отрезая нас от всего мира. Зачем-то еще и замок провернул, но это уже на уровне бессознательного. Мария улыбалась мне в губы, но продолжала целовать. Бескомпромиссно. И я снова ей подчинялся. Мои руки гуляли по ее телу под тихие заявления здравого смысла, что это – неправильно. Талия, бедра, ягодицы. Я не мог себе отказать в этом – хоть какой-то утешительный приз проигравшему. Хотя проигравшим я себя как раз и не чувствовал. Мария отвечала самозабвенно. Прижималась так, что я чувствовал рельеф ее тела каждой клеточкой своего. Кусала губы. Стягивала волосы, не давая мне ни на минуту забыть, что контроль в этом безумстве вовсе не у меня. В ответ я вжимал ее лопатками в дверное полотно, и все начиналось заново. Губы, волосы, руки. Меня просто выносило с этой девчонки, а ведь я ей, при определенных допущениях, мог годиться в отцы. Но сейчас возраст точно не входил в перечень того, что меня волновало. – Все еще будешь говорить, что тебя не интересуют малолетки? – ее шепот был горячим и влажным, он обжигал мою кожу. Я оторвался от сладких губ Марии, чтобы перевести дух. Мои руки все еще цеплялись за ее талию, прижимая к двери. – Ведешь ты себя точно не как малолетка. – Я провел большим пальцем по ее распухшей нижней губе, наблюдая, как сужаются ее зрачки. – А как вполне взрослая женщина. Очень опасная женщина. – Опасная? – Солер выгнула бровь. В ее глазах помимо удовлетворения плясали еще и чертята. – Или просто знающая, чего хочет? – И то, и другое, – признал я, снова приближаясь к ее лицу, но на этот раз остановившись в сантиметре от желанного. Ее губы – чертов магнит. Я не мог от них оторваться. – И это делает тебя абсолютно невыносимой. – Тогда оттолкни меня, – бросила она вызов, и ее руки снова вцепились в мои волосы. Я не оттолкнул. Вместо этого я уничтожил оставшееся расстояние, и поцелуй снова поглотил нас. На этот раз в нем было меньше ярости и больше чего-то другого – темного, сладкого, запретного. Это было падение, и я уже не пытался найти опору. Воздержание явно не пошло мне на пользу. Мои пальцы шарили по спине Марии. Ее – спустились мне на грудь, пробираясь под пиджак. От каждого ее движения вниз тянулась настоящая огненная дорожка, обращая пеплом всю мою выдержку. Студентка? Стажерка? Сестра друга? Сейчас в моих руках была просто соблазнительная девушка, которую я хотел. Без полумер. Молния на платье словно сама прыгнула мне в руки.