Книга Любовь, которую ты примешь, страница 55 – Рина Сивая

Я отставила бокал и сложила руки на груди, откинувшись на спинку стула. Взгляд Серра сразу же скользнул в вырез, на миг заставив меня забыть, на что я собралась обижалась, но быстро вернулся обратно к глазам. – Не припомню, чтобы просила меня защищать, сеньор Серра, – не скрывая обиды, заявила я. – Глупые сплетни меня не волнуют. – Зато меня волнуют, Мария. – его интонации стали более жесткими, как будто Арнау оттачивал каждое слово. – Моя репутация – все, что у меня есть. Скандалы наносят ей непоправимый вред, а я не для того положил двадцать лет своей жизни, чтобы сейчас потерять все из-за… Он запнулся на середине фразы, вынуждая меня вскинуть бровь. – Из-за чего, Арнау? – я заметила, как он чуть поджал губы, и этот жест разбудил мою злость. – Продолжай. Из-за малолетней девчонки, которая вдруг пробралась за твои защитные барьеры? Из-за чувств, которые ты вдруг начал ко мне испытывать? Он молчал слишком долго, заставляя меня заводиться все сильнее. Как я могла так ошибиться? Ведь еще несколько часов назад все было хорошо. Почему мы опять откатывались на несколько шагов назад? – Из-за тебя, – наконец произнес Арнау. – Потому что именно ты способна разрушить все, что я построил. Я замерла. Не от страха, нет. От того, как просто он это сказал. Без пафоса. Без защиты. Просто факт. И в этот момент до меня дошло. Это не было отступлением. Это было признание. Самое честное, на какое он был способен. – О, – выдохнула я, и злость внутри меня сменилась чем-то другим – острым, щемящим пониманием. – Вот оно что. Ты не стыдишься меня. Ты боишься меня. Серра не стал отрицать. Его молчание говорило само за себя. – Ты боишься, что я вскрою все твои защиты. Что заставлю тебя чувствовать. Что ты потеряешь контроль над своей аккуратно выстроенной жизнью. – Я говорила тихо, почти про себя, наблюдая, как каждое слово находит отклик в его напряженной позе, в слишком плотно сжатых губах. – И потому ты пытаешься загнать меня в рамки. Сделать своей тихой, послушной тайной. Чтобы обезопасить себя… от меня. Я подняла взгляд – впервые без вызова. Только с уверенностью. – Но это не сработает, Арнау. Ты можешь спрятать меня ото всех, но не от себя. И чем дольше ты будешь пытаться держать меня в этой коробочке, тем громче я из нее вырвусь. Мы смотрели друг на друга через стол, и напряжение между нами изменилось. Это уже не была битва воли. Это было что-то более глубокое, более опасное. – Что же ты предлагаешь? – наконец спросил он, и в его голосе прозвучала усталая уступчивость. – Бросить все и кричать о нас на каждом углу? – Нет, – я покачала головой. – Я предлагаю тебе перестать бояться. Я предлагаю довериться мне. Хотя бы в этом. Не прятать нас. Не отрицать. А просто… быть. Проводить вместе время. Ходить на свидания. В ту же оперу – тебе ведь понравилось?

И посмотреть, выживет ли твой драгоценный мир, если в нем появится капелька эмоций. – Капелька? – впервые за мой диалог Арнау позволил себе хоть как-то отреагировать: он хмыкнул, отставил свой кофе и повторил мою позу, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. – Ты – чертово цунами, Мария Солер. – И что? – я пожала плечами, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри все трепетало от его признания. – Боишься, что твоя идеальная жизнь не выдержит шторма? – Не уверен, что после тебя захочу ее спасать, – тихо ответил Серра, и в этих словах было больше правды, чем во всех его предыдущих условиях, вместе взятых. Воздух между нами сгустился, наполнившись невысказанным. Он смотрел на меня – не как адвокат на оппонента, не как профессор на студентку. Он смотрел как мужчина на женщину, которая в одно мгновение перевернула все его аккуратные планы. Он был на грани, мой соблазнительный Красавчик. На той самой границе, где не было правильного выбора. Шаг назад – и там его привычный серый мир, достаточно скучный, как я уже успела ему показать. Шаг вперед – и неизвестность, настоящий ураган, способный снести с ног и вскружить голову. Ему было страшно, непробиваемому Арнау Серра. И он балансировал у этого решения, пытаясь отложить необходимость выбирать на более дальний срок. Я могла бы его подтолкнуть. А могла бы закинуть так далеко в эту бурю, что он сразу бы потерял связь с реальностью. Но мне не нужен был поломанный Серра. Мне нужен был Серра покоренный, а для этого подобные дорожки он должен был выбирать сам. – Хорошо, тогда я тоже кое в чем признаюсь, – выдохнула я и склонилась вперед, практически навалившись на стол. Поманила Арнау пальчиком. Он нехотя приблизился, и я пожалела, что столешница настолько широкая, что при всем желании мне не дотянуться до него для поцелуя. Поэтому пришлось ограничиться лишь пониженными интонациями. – Я безумно боюсь, что у нас с тобой ничего не получится. Потому что это настоящее, Арнау. Кончиками своих пальцев я дотронулась до его, ощущая, как мурашки от прикосновения – резкие, как удар током, – пробираются выше по руке – и моей, и его. Я проследила за ними до рукава пиджака и вновь посмотрела на Серра. – И тоже не уверена, что после тебя захочу хоть что-то спасать. Он молчал. Смотрел на меня глубоким, пристальным взглядом, который я никак не могла прочитать. В нем не было страха. Не было разочарования или попытки продавить. Усмешки тоже не было, как не было и – увы – признания. Только темная, ореховая глубина с зеленой каемкой, в которой я не должна была, но почему-то тонула. Я никогда еще ни с кем не была так откровенна. Это было… очень волнительно, но я старалась держать лицо. Быть слабой рядом с кем-то – не то, к чему я привыкла, но если с кем-то и начинать, то рядом с тем, кто останется со мной на всю оставшуюся жизнь. – Удивительно, – наконец-то произнес Серра. Его рука, лежавшая рядом с моей, подалась вперед, захватывая в нежный плен мои пальцы. – Непробиваемая Мария Солер тоже чего-то боится. Я несмело улыбнулась.