Книга Я тебя не предам, страница 71 – Аннa Шнайдер

Я не стала уточнять, что оводы, на мой взгляд, делают кое-что похуже, откладывая своих «детишек» под кожу животных и человека. Чего девушек пугать? Тем более, у нас тут всё-таки слепни.

— Ай! — подружка Инги шлёпнула себя по икре. — У этих есть рот! Кусаются!

— Сочувствую. Они это делают больно, и место укуса потом краснеет и сильно раздувается.

— Ай! — теперь хлопнула себя по бедру Инга, а затем нервно зачесала спину, поднимаясь. — Зачем вы нас сюда притащили?! Сказали бы сразу, что тут гадость кусачая!

Мы со Стасом и Каришкой не успели оглянуться, как наши недолгие спутницы поспешили убежать прочь, сверкая пятками так, будто за ними гонятся. Впрочем, возможно, действительно гнались? Девчонки, судя по всему, ничем не намазанные — отличное лакомство для любых насекомых.

— Хы! — мстительно фыркнула Каришка и, скрываясь от на редкость жирного слепня, ушла с головой под воду, пуская пузыри.

— Ты авантюрист, Лера, — со смешком сказал Стас, плывший в паре метров от меня, где уже точно не было дна под ногами. — То по длинной набережной топаешь, чтобы найти клочок земли для подхода к воде, то с платформы прыгаешь навстречу кровососущим насекомым.

— Дело житейское, — откликнулась я невозмутимо. — С каких пор в средней полосе России у воды нет насекомых?

— Все рассчитывают максимум на комаров. А тут такие хищники… Это как пойти на поиски котика и найти тигра.

— В джунглях, — добавила я с улыбкой, — подобный исход вполне вероятен. А у нас так: где комары, там и слепни. Особенно у водички. Они вообще в неё яйца откладывают, насколько я помню.

— Фу! — поморщилась Карина и тут же добавила: — Только не читай мне лекцию, что это лучше, чем когда личинки развиваются под кожей. Фу-фу-фу!

Мы со Стасом хором рассмеялись и продолжили свой заплыв.

Вылезали из воды минут через десять, как только Каришка заявила, что начала замерзать, да и я почувствовала, что хватит. Кроме того, время поджимало: теплоход ждать не станет. Хотя, возможно, и станет, но проверять не хочется.

— А как мы будем вылезать, когда вокруг столько хищников? — с интересом спросил Стас, и я широко улыбнулась. Эх, молодо-зелено! У тёти Леры всё продумано.

Я не без труда запрыгнула на платформу, подтянулась на руках, повалилась на деревянный настил, немного продвинулась вперёд, чтобы встать на колени — и сразу метнулась к рюкзаку, не глядя на Стаса, который вылезал из воды следом за мной. Схватила спрей от всяких гадов, сняла крышку — и пшикнула в воздух, навстречу парочке кровососущих тварей. Потом развернулась и пшикнула в другую сторону, затем в третью, в четвёртую, и под конец побрызгалась сама.

— Ловко! — одобрил Стас, помогая Карине забраться на платформу, и моя дочь тут же откликнулась:

— Ой, мы просто научены горьким опытом! В первый раз пришли сюда без всего, только с полотенцем. И пока я и папа купались, мама стояла наверху и обороняла нас полотенцем. Между прочим, пять слепней укокошила точным ударом!

— Шесть, — поправила я, пока Стас хохотал. — Но и укушена я тогда была трижды. Ненавижу этих тварей.

… На теплоход в результате мы успели за пятнадцать минут до отплытия. Мокрые, но не укушенные ни одним летающим кровососом, и довольные до безобразия.

Сразу после отплытия начинался обед, и мы с Кариной поспешили переодеться, пока нас не позвали в ресторан. Времени было в обрез — тем более, что нужно было успеть принять душ. Ничего не хочу сказать про прекрасную Шексну — замечательная река, однако долго воду из неё не стоит держать на коже. Не стерильная ведь.