Книга Моя любимая Дылда, страница 7 – Ника Громова

Будто именно он делал мне тем самым большое одолжение. Или спасал девицу в беде. Вот только я совсем не нуждалась в его рыцарских подвигах.

— А какой у тебя рост? — прищурилась я, делая вид, что всерьёз размышляю над его предложением.

— А это здесь причём?

— Притом.

— Сто восемьдесят три сантиметра.

— Жаль, — я состроила ироничную гримасу. — Двух не хватает.

— До чего?

— До того, чтобы ты подходил мне по росту.

— И это так важно? — вскинул тёмные брови Гордей.

Я кивнула.

— Может, я смогу скомпенсировать эти два сантиметра кое-чем другим? — произнес он с усмешкой.

Он что, снова издевается? Я лишь закатила глаза вместо ответа.

— Я имел в виду свою неповторимую харизму.

Да, конечно, ага.

— Харизма в сантиметрах не измеряется, Гор. Если я надену каблуки, то буду заметно выше тебя.

Кисевин глубоко вздохнул, словно эта борьба с моим предубеждением его утомила, и потер рукой свой загривок. Ткань тёмной футболки натянулась при этом движении и плотно обтянула его торс. Кисевин, оказывается, довольно спортивный. Но часто носит оверсайз, и обычно это не бросается в глаза. Хотя пялиться не имело смысла — отбор по росту он уже не прошел.

— Ладно, — обронил наконец Гордей, будто что-то для себя решив.

— Что, ладно?

— Так и быть, попробую свести тебя с Марковым.

— Не думай, что я буду тебя за это благодарить. Это твоя святая обязанность, ведь я поставила тебе ту печать.

— Я и не рассчитывал на благодарность, — парировал Гордей. — Тебя домой-то проводить? — кивнул он на мою пустую кружку.

— Нет, — запросто ответила я, не желая объяснять причину.

Не говорить же мне ему, что я прихожу в эту кофейню недалеко от дома каждый раз, когда нужно дать сестре поговорить с мужем. Не могу слушать их споры, даже из-за закрытой двери. Мне всё время хочется заступиться за Надю. Она потом быстро мирится с мужем, а я остаюсь той занозой, которая зачем-то влезла в их отношения.

Я вздохнула. Конечно, давно пора съехать и жить отдельно. Когда-то идея переехать из деревушки, где живут наши родители, к сестре казалась идеальной. Но по факту эта идея не выдержала столкновения с реальностью. Я уже давно не студентка. У них большая квартира, и меня убеждали “места всем хватит, зачем платить аренду”. Но не могу избавиться от ощущения, что я лишнее колесо.

Странно, что из всех окружающих людей именно Кисевин оказался этим вечером рядом и разбавил своими репликами моё одиночество. Этот внутренний непроницаемый вакуум в его присутствии перестал ощущаться так остро.

Я подняла взгляд. Гордей отчего-то медлил и не уходил.

— Для справки: я не кусаюсь, — пошутил он, его орехово-карие глаза в приглушенном свете смотрели на меня с мягкой теплотой.

— Тоже для справки: о себе такого утверждать не могу, — парировала я, уже почти забыв, с чего мы начали.

— Принято, — ухмыльнулся он почти довольно. — Тогда идём?

Сегодня я не Светлана Лялина, а топ-модель. Именно так я себя ощущала, пока дефилировала через жужжащий опенспейс в отдел маркетинга. Мои светлые волосы длиной до лопаток были уложены мягкими волнами. Стрелки макияжа были нарисованы идеально ровно, на что была убита половина времени из утренних сборов. На губах алая помада, ведь красный цвет заставляет мужчин обращать внимание на губы. Юбка карандаш до колен, чтобы подчеркнуть фигуру, и белая блузка, у которой две верхние пуговицы оставлены расстегнутыми. Высокий каблук я себе позволить не могла, но симпатичные туфли-лодочки вполне.