Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 107 – Виктория Чара

— О чем? — не поняла я.

Но Рэйвен только загадочно улыбнулся и, аккуратно вскрыв заднюю стенку картины, извлек оттуда маленький запечатанный конверт с темным локоном.

Похоронить Илону решили на старом ведьминском кладбище рядом со столицей.

Я положила на ее могилу букетик фиолетовых и черных роз.

— Надо бы сказать что-нибудь хорошее.

Таисия, сидевшая у меня в кармане, попыталась изобразить приличествующую моменту скорбность.

— Мы тебя не знали, — трагично шмыгнула она носом. — Но ты была… великой женщиной. И задала нам всем знатной работы, чтоб тебе там на облаках хорошо спалось. Аминь.

— Надо что-то серьезное сказать, — вздохнула я. — Если бы не Илона и её месть, мы бы не начал искать Камни.

— Верно, — согласился дракон.

— И мы бы не нашли тех замученных людей в баронских шахтах. Не помогли бы гномам возродить древний клан.

— А эльфам бы точно никто не объяснил, где их место! — подхватила Таисия.

Рэйвен тихо усмехнулся и перевёл взгляд на меня.

— И я бы не встретил тебя, — тихо сказал он. Так что, пожалуй, — добавил он, обнимая меня, — я ей даже благодарен.

Мы постояли в тишине еще немного. Абсолютно ничего не происходило.

Я с досадой посмотрела на свои ноги, затем на пустую, последнюю ячейку в своём кольце. Потом на Рэйвена.

— В прошлые разы камни появлялись мгновенно. Когда я помог гномам, путь в сокровищницу открылся тут же. Девочка сама принесла тебе Камень, как только мы решили проблему с кабалой у барона. Если бы это захоронение было тем самым решением загадки, мы бы уже об этом знали.

Мы возвращались во дворец уставшие и откровенно разочарованные. Учитывая все, что сделал Рэйвен, выходит, мы испробовали все способы получить прощения Илоны.

Уже поздно вечером, сидя в его кабинете за легким ужином, мы снова и снова перечитывали письмо Илоны.

— «…пока не заслужит прощения Ведьмы Пути», — в десятый раз пробормотала я, уныло подпирая щёку рукой. — Что мы упустили? Где мы свернули не туда?

И тут Рэйвен вдруг как-то особенно посмотрел на меня — я сразу насторожилась. В его золотистом взгляде появилось что-то такое… Как у хищника, который только что понял, где прячется добыча.

— Что? — спросила я.

— Там не сказано, что нужно заслужить прощение Илоны, — произнёс он очень ровно.

Я нахмурилась, всё ещё не улавливая суть.

— Там сказано — «Ведьмы Пути».

Я моргнула. Рэйвен смотрел на меня уже совершенно иначе.

— Ты — моя Ведьма Пути, Ася. И кажется, — произнёс дракон, и в его глазах блеснуло абсолютно мальчишеское, предвкушающее веселье, — я всё это время пытался заслужить прощение не у той ведьмы.

Составить список моих личных обид на императора оказалось делом непростым и до смешного абсурдным.

— Рэйвен, я на тебя не сержусь, — наверное, уже в десятый раз повторила я, наблюдая, как он педантично выводит на пергаменте заголовок «Личные обиды Ведьмы Пути». — Я тебя понимаю, вот честное слово. Если бы я была правителем империи на грани гибели, у которого под ногами путается подозрительная девица, я бы, наверное, вела себя точно так же. А может, и хуже.

— Ася, отнесись к этому серьезно, — мрачно отозвался дракон, не отрываясь от пергамента. — На кону жизнь миллионов. Мы понятия не имеем, что эта вздорная старуха имела в виду под «прощением».

— Вот за «вздорную старуху» Илона бы тебя прокляла повторно, — вздохнула я. — Мы просто теряем время, пытаясь пальцем в небо угадать, на что она там обиделась.