Книга Загадка для ректора, страница 86 – София Руд

Женщина заводит меня в ту самую комнату, что смежная со спальней ректора. Зачем? Такие покои обычно супругам предусмотрены, ведь. От этой мысли невольно краснею, но отказываться не смею. И вовсе не из вежливости, а потому, что я сама хочу быть рядом с ректором.

Будто, чем он ближе, тем мне спокойнее. А может, просто боюсь, что такой возможности у меня больше не будет.

Женщина приносит мне свежую, пахнущую горными цветами ночную сорочку. Все еще теплую после глажки.

— Желаете принять ванную? — спрашивает она, и я киваю, полагая, что вода снимет нервное напряжение и расслабит тело.

Погружаюсь в теплую воду, покрытую пышной белой пеной. Она так приятно хрустит в пальцах. На несколько минут я забываю о том, какой страшный день будет завтра, но затем мысли возвращаются и вновь мучают меня.

Вымакиваю волосы махровым полотенцем, стираю капли с тела мягким ворсом и примеряю на себя ночную сорочку. Ткань так приятна телу.

Мне чудится, что я вернулась в свое прошлое, где не было проблем и забот. Где я была госпожой в богатом доме. Я думала, что почти забыла это чувство: быть в уюте, тепле и достатке. Где не нужно было сражаться за жизнь и бояться.

Больно от мысли, что едва ощутив себя в безопасности, я могу вновь все это потерять.

Приглушаю свет, оставляя лишь дрожащее пламя трех свечей в канделябрах. С тоской смотрю в окно на небо, усыпанное мерцающей пылью звезд, и молю богов, чтобы защитили.

— Тук-тук, — раздается стук в дверь, и я спешу накинуть халат, которым пренебрегала до этого.

— Да, — отзываюсь я, полагая, что это домоправительница, но в комнату входит ректор.

В одной белой рубашке без строгого камзола и растрепанными волосами он выглядит совсем иначе. Я с трудом отвожу взгляд от верхних пуговиц, которые следовало бы застегнуть. Но в доме жарко. Или это мне жарко?

— Так и знал, что тебе не спится, — говорит ректор, входя внутрь.

— Я принес тебе расслабляющий чай, — с заботой говорит господин, собственноручно опуская поднос на столик.

Боги! В полумраке дрожащих свечей ректор выглядит еще более умопомрачительно.

— Если ты сомневаешься, Вивьен..., — начинает он, но я тут же мотаю головой.

— Я уверена, что всё пройдёт по плану. — хочу убедить его, чтобы он не начал вновь упираться. И ведь если упрется, то победит.

— Я не боюсь, — заверяю я, но он читает мою тревогу по глазам.

А в его глазах я читаю готовность ко всему, которой мне сейчас так не хватает.

Ректор касается моей холодной ладони, и внутри всё трепещет. Я схожу с ума от этого невинного прикосновения и к своему легкому стыду понимаю, что желаю большего.

Никто не знает, что будет завтра, но сегодня я хочу быть рядом с ним.

Хочу вдыхать его терпкий аромат с нотками древесины и перца. Хочу зарываться в его теплые объятия. Слышать грохот его сердца. Ощущать тепло его кожи, шероховатость с ладоней. Хочу быть с ним.

Мне кажется, он видит это по моим глазам, и потому стыдливо опускаю ресницы. Но ректор касается пальцами моего лица, и вынуждает посмотреть на него вновь. Сердце трепещет, убегает в пятки, а потом подпрыгивает прямо до горла.

Я ничего не могу с собой поделать, я не могу с собой совладать. Потому что этот мужчина… он будто всё для меня. А я — всё для него.

Я читаю это в его взгляде, который сосредоточен лишь на мне, и не видит ничего вокруг.